Что именно сказал Яцко, Петр понятия не имел, но, услышав его слова, старший брат неодобрительно рыкнул и властно указал на Сангре младшему: мол, давай, доверяю, а то мне самому как бы ненароком не покалечить этого тощего. Однако спустя несколько секунд Вилкас, удивленно крякнув, спикировал в сугроб. Локис недоуменно поглядел на болтающиеся в воздухе ноги брата, укоризненно покачал головой и, широко расставив в стороны здоровенные ручищи, пошел в атаку сам, но чуть погодя уподобился брату. Получилось даже хуже, ибо за время полета он, в отличие от Вилкаса, весьма громко испортил воздух.
И все равно братья поначалу осторожничали. Лишь после третьего раза Локис разъярился и попытался взяться за дело всерьез, однако Сангре в последний миг вновь выскользнул из его медвежьих объятий, и богатырь опять взлетел на воздух, совершая недолгий и привычный полет.
И понеслась потеха. Яцко только успевал восторженно ахать, глядя, как здоровенные жмудины то и дело разлетаются по сугробам, а худощавый иноземец продолжает крепко стоять на ногах и даже почти не устал. Ну разве дыхание чуток участилось, вот и все. Полное впечатление, что для него это обычная забава. Вон как весело выкрикивает странную фразу: «В очередь, сукины дети, в очередь, как рекомендовал гражданин Шариков».
А если это для него и впрямь забава, то… Яцко немного помедлил, колеблясь, но, решившись, сам ринулся в атаку на Сангре. Однако результат был аналогичный – железный захват, недолгий полет и кувырок в снег…
В конце концов вылезший в очередной раз из сугроба Локис угомонился и вместо атаки что-то восторженно прорычал Петру. Яцко вовремя подоспел с переводом, и стало ясно, что и на самом деле это восторг. Да и в глазах великана светилось искреннее уважение.
– Он говорит, что счастлив служить такому великому воину как ты, – принялся бойко переводить запыхавшийся Яцко. – Теперь он…
Сангре, невозмутимо выслушав цветистое славословие жмудина, воздавшего должное замечательным воинским достоинствам своего начальника, без тени улыбки на лице удовлетворенно кивнул и спокойно напомнил:
– Тогда за работу, орлы.
Локис охотно закивал и метнулся к лежащим на снегу арбалетам. С этого мгновения он стал не просто беспрекословно подчиняться любым приказам Петра, но и стремился выполнить их как можно лучше. А уж какими влюбленными глазами он взирал на него, как жмурился от удовольствия, когда удостаивался его скупой похвалы – куда там коту, облопавшемуся сметаны. Да и называл его в разговорах с братом не иначе как «наш кунигас», ставя на одну доску с Кейстутом и Гедимином.
Надо ли говорить, что с того дня освоение конвейерной системы зарядки арбалетов пошло на лад. К тому же Сангре разбил процесс на ряд простейших операций, заставляя отдельно отрабатывать каждую из них по нескольку десятков раз, добиваясь таким образом автоматизма движений, и обучение стало двигаться вперед семимильными шагами.
Улан тоже времени даром не терял. Тщательно вычертив несколько сюрикенов, он после обеда отправлялся со своими рисунками в кузницу, где местный умелец не переставал дивиться, зачем чужеземцу столь странные четырех- шести и восьмилучевые украшения, да еще с весьма острыми концами этих лучей. Но тем не менее он в поте лица корпел над их изготовлением.
А еще Улан чуть ли не каждый день прохаживался по небольшому местному торжищу, обстоятельно беседуя с тамошними купцами. На недоуменный вопрос друга он ответил, что тем самым одновременно убивает трёх зайцев. Во-первых, выясняет насчет пороха (может кому-то доводилось о нем слышать), во-вторых, узнает о ценах на разные товары, а в-третьих, получает данные о политической обстановке в разных странах. Кто знает, сколько им придется проторчать в этом времени, а потому информация такого рода может оказаться далеко не лишней. Кроме того она позволит в случае чего блеснуть своими познаниями в разговоре с их будущими нанимателями, дабы показать, на кого они работали в прошлом и насколько успешно.
Попутно он отыскал хорошего швеца, как тут именовали портных, и друзья обновили свой гардероб, заказав себе по паре комплектов повседневной одежды и плюс один «парадный», чтоб было в чем показаться перед тверским князем, если таковая встреча вообще состоится.
Что же до ежедневных далеких конных прогулок совместно с Кейстутом, то нет худа без добра. Как-то, проезжая вдоль по берегу Немана, Кейстут сообщил о том, что недалеко от Христмемеля имеется еще один орденский замок, построенный гораздо раньше на месте бывшей крепости скалвов Рагнит. Друзья переглянулись. Одна и та же мысль пришла в их головы. Получалось, во время штурма Христмемеля оттуда на помощь осажденным запросто может подоспеть помощь. Вот только в какие сроки?
По счастью, привычных в понимании человека XXI века границ тут не имелось, и до Рагнита они на следующий день преспокойно добрались, остановившись в километре от него, да и обратно вернулись без помех. Вычислял расстояние между замками Улан. Как именно, Петр не пытался вникать – такая заумь была не по нему.
