Я вздыхаю.
Честно, думал что история с Анафемой уже забыта. Ну сдох и сдох дед, чё бубнить. Туда и дорога — нефиг было во мне перерождаться!
Но вот я говорю с душами своих мёртвых родственников, и передо мной те, кто прямо сказал отцу как убить, по факту, бессмертное кровавое божество. И здесь же — человек моей судьбы. Вот он. Его прямой сын! Второй в роду!
Такой же сосуд Бога, как и я.
Стоит вот. Стоит-молчит. Чё стоит? Чё молчит? А фиг его знает. Загадочный видать…
— Ладно, это оказался не единый квест, а цепочка, — вздыхаю, — А по предателям что? Вы обещали! И что мне делать дальше? Дайте квесты, надо качаться!
Они недоумённо друг на друга повернулись. Видать я первый в роду, кто такую чушь несёт. Квесты, цепочки? Чего? Но часть про предателей они понять должны!
— Да вы издеваетесь⁈
И часть призраков полетела сквозь стену.
— Эй, эй, погодите! — я начал натягивать обувь, едва не падая лицом в дверь, — Да погодите, дайте одеться!
Вылетаю, и со всех ног бегу до опережающих полупрозрачных предков. Они вообще ждать не собираются!
— Да погодите вы, у меня же пока маленькие ножки!
Чем дальше они летели, тем прозрачнее становились, но я всё равно понимал куда они направляются, и потому не отставал. И беспокоясь, что за мной снова следует служанка, я то и дело оборачивался — мало ли? Один раз меня уже подставили!
Но за спиной видел только… того самого сына Анафемы. Он летел за мной, будто грозно глядя из-под балахона. У него явно на меня глаз… или зуб… или всё вместе. Короче, не простой я для него ребёнок.
Призраки залетают в одну из дверей, я врываюсь следом, и… это оказалась столовая для персонала, совмещённая с кухней!
Тут были люди, и они сразу же на меня повернулись. Ещё бы — резкий как понос наследник Германии ворвался!
— Господин? Чего-то изволите⁈ — тут же подскочил персонал.
Я хмурюсь, оглядывая каждого. Помещение большое, плюс войти в него можно из противоположного параллельного коридора — со стороны как раз кухни.
«Предатель? Здесь?..», — хмурюсь, шагая вглубь.
Люди поняли, что я явно не заблудился — слишком хмурый и сфокусированный. И с учётом, что персонал заорал на весь дворец, то и на кухне за стеной меня прекрасно слышали.
— Mon cher Михаэль⁈ — выглянула Эскофье, очаровательно мурлыкая на французском.
Она была в милом колпачке, фартуке, и стояла с поварёшкой. Однако завидев меня, тут же отложила прибор и едва не пролетела всё расстояние, чтобы оказаться рядом.
Девушка подошла и присела, глядя на меня яркими голубыми глазами.
— Надеюсь, вы ко мне? — с акцентом спросила она на немецком, — Соскучились? Или спец заказ?
Она улыбалась, радуясь просто моему присутствию.
Эскофье и правда была очень красивой. Милая такая, глазастенькая. И фигура у неё стройная!
Несмотря на запреты Вильгельма, она не оставила попыток меня как-то к себе привязать. Пару раз она лично заносила блюда, и каждый раз она выглядела… ну очень красиво! Была в белых чулочках, вкусно пахла, будто только из душа, фартук обтягивал стройную небольшую фигурку…
Глядя на неё я понимал — я испытываю совсем не детские чувства. Я расту, и, наверное, по мне это видно — я очень засматривался буквально на всё, что отличало женщину от мужчины. Наверное, поэтому она попыток и не прекращала — правда ведь работало! Она ведь и правда с успехом… меня соблазняла.
И потому сейчас я смотрел на француженку так же, как и тогда — любуясь и восхищаясь женской красотой и сексуальностью.
А так же я смотрел на алого призрака за её спиной. Никто его не видел, кроме меня.
И призрак указывал прямо на неё.
На лучшего в мире повара, что имеет доступ к правителю и его главному наследнику.
Я медленно выдыхаю.
— Что такое, милый Михаэль? — улыбнулась она.
Все моё вожделение и симпатия моментально пропали, а взгляд охладел как у трупа.
Я ничего не отвечаю, а просто молча разворачиваюсь и иду на выход.
Чёртова предательница.
— Ты уверен?.., — хмурится Вильгельм, которого чудом удалось выловить в этот же день.
— Нет. Это Они уверены, — я вздыхаю, — Эскофье — предательница. Так сказали предки.
— А эти призраки… они с нами в одной комнате? — он будто не верит.
Оглядываюсь.
— Да — двое у стены, один за тобой, а кровавый сбоку от меня.
Дед медленно оглядывается, особенно за спину. Но явно никого не увидев, он вздыхает, сцепляет пальцы в замок и какое-то время молча на него смотрит.
