«Рой, с глазом же точно всё хорошо?», — спросил я, пока Альберт сетовал на испорченный пунктик в досье.
'Да. Энергетические системы сплетены идеально.
По структуре, однако, это всё же не глаз, а всё такая же жемчужина. Она инкрустирована в ваш череп, и заменяет его часть.
Кожа способна разойтись в стороны вертикальный разрезом.
Работает на энергетическом соединении, они же выступают мышцами. Шрама не видно.
Работа идеальная. Анализ не выявляет не единой проблемы'
Я вздохнул. Идеальная работа, говорите?..
Да, со специалистами повезло. Лучшие из лучших в Империи! Все сделали идеально! Артефакт древности, глаз Эрлан-Шеня, непобедимого воина небес — теперь во мне!
Да вы понимаете? Я носитель грёбанного древнего артефакта с разрушительным, тактическим потенциалом!
Спасибо-спасибо! Угу.
— А теперь… позовите мне этого крутого анестезиолога, — процедил я, на что все повернулись.
Сволочь… сволочь! Ни дай бог это ты виноват в похищении!
Бывший владелец наномашин! Это он! Рой сказал, что директивы не позволяют оперировать в двух пользователях, обязательно нужно передать добровольно! И даже если рой НЕ уникален — этот старый хрыч мне напрямую сказал, что в роддоме меня спасли именно Наномашины!
Гря-я-я, я бешани! Йа бешани! Дайте мне его, я его мозги вытащу, съем и всё узнаю!
Наконец наступил момент исти…
— Он умер, Миш.
— … — я поднял глаза.
— …
— ДА ВЫ СМЕËТЕСЬ⁈ — я задёргал головой как в припадке, раскидывая весь торт, которым умазал лицо.
Добейте меня.
Я сжал кулаки от ярости и огляделся, будто пытался найти здесь этого анестезиолога. Но нет — белая палата, лето за окном, и большой телевизор со смешариками — детская палата же.
Да ну не-е-ет. Ну это шутка?
«Пользователь, они же говорили, что он уже при смерти. Это была его последняя операция»
«Не трещи под ухо, я и сам помню»
Нет. Нет-нет, нельзя это так оставлять.
— Надо воскресить!
— Кремирован.
— Ой, да вы реально смеётесь, — я вскидываю руки, — Он же аристо!
'Рой, конституцию мне и законы. Информацию про кремацию. Князев же её запретил!
«Не для простолюдинов», — выдал Рой ответ по поисковому запросу, и его слова подтвердил Альберт.
— А тот анестезиолог и отказался от статуса за полгода до смерти. И его можно было кремировать. А для абсолютного воскрешения в марионетку — слишком много времени прошло, душа уже растворилась, а без тела, увы, её не притянуть обратно.
— … — в глазах пустота, на лице ничего, в душе тоска, в попе угольки.
Всё.
Всё… я не можу. Я отказываюсь так продолжать. Спасибо вам за всё, но я… я больше так не могу.
— Прощайте… я вас любил… — я воткнул пластиковый нож себе в шею.
Он сломался из-за адаптации.
Даже убить себя не выходит! Это явно не мой год. Может високосный?
Ну какой умер? Какой сжёг себя? Какой прошло много времени? Это шутка, для который я слишком проблемный карапуз? Да это абсурд!
«Рой…»
«Да. Многие адаптации сбрасываются при лишении колоний. Он мог умереть»
«Да ты гоооонишь», — хватаюсь за голову.
— А может… а может бросить всё и рвануть в психоневрологический диспансер… — вздохнул я.
Да допрос этого старика — главная причина, почему я так хотел скорее проснуться!
Ладно. Ладно-ладно! Какие варианты его допросить? Пепел собрать? Кремация в Империи с приходом некромантии проводится магическим пламенем, оно капитально рушит структуру, тело не пересобрать. Душу не вернуть — она улетает спустя время.
Думай, Миша. Думай! Рой — одна из двух главных тайн твоей жизни! Откуда он взялся? Зачем? Кто его сделал? Какая сила? И какой потенциал? В чём подвох?
Ох… ну точно.
«Небеса, Бездна и Посмертие», — щёлкнул я пальцами, — «Куда-то он должен был попасть!».
Его душа где-то есть. Она не исчезает, она улетает на перерождение! И если он совершил больше плохого — то в аду. Был хорошим — на Небесах. Не захотел задерживаться, был серым или ещё что — в Посмертии, у госпожи Смерти, ждёт перерождения.
Как туда попасть? В теории, путь в Бездну и на Небеса я знаю. Посмертие — это к Князеву, Императору нашему.
Хм… а в Бездне мне поможет Соломон… а на Небесах Аурелия…
Хм… это что… не безвыходная ситуация⁈
Ну для начала бы вообще пошариться у него дома. Может что сохранилось.
Нет, я не упущу правду! Это первая и последняя зацепка причины, почему я до сих пор жив. Рой — это я. Мы едины. Наномашины — такая же часть меня, как и чудовищное прошлое.
А я должен знать про себя всё.
«Надо как-то ломануть их базу сотрудников», — сжимаю кулаки, — «Даже пытаться спрашивать не буду. Здесь надо незаконно»
