Плотно пообедав и заодно поужинав, мы позвонили Вене. Его нисколько не удивили полученные результаты, он наоборот ожидал услышать что-то подобное. После моего скромного предложения съездить в логово оборотней, подполковник разразился получасовой тирадой о пользе ожидания дальнейшего развития событий. Пришлось смириться с мнением большинства и не отсвечивать, пока более умудренные опытом, военные придут к общему знаменателю.
Спать легла далеко за полночь. Еще вечером Пашка куда-то молча убежал, а я не могла уснуть, беспокоясь за него. Наконец послышался привычный щелчок замка. От сердца тут же отлегло, значит не напоролся на приключения. Когда он заглянул в комнату, притворилась спящей. Совершенно не хотелось нарываться на лишние вопросы с его стороны. Только верная Лизка тут же спрыгнула с кровати и ушла досыпать к нему.
За такой небольшой промежуток времени, я успела привязаться к Пашке и всегда беспокоилась, когда он уходил проветриться. Сердце не воспринимало его как потенциального мужчину, скорее как близкого друга или брата, о котором хотелось заботиться. С каждым прожитым днем, этот загадочный парень поражал меня своей проницательностью, нескончаемым оптимизмом и закаленным характером. Да, иногда его поступки невозможно понять и расценить, как адекватное поведение здравомыслящего человека, но именно эта странная особенность заставляет приглядеться к нему повнимательнее.
Не заметила, как задремала. Жаль, поспать толком так и не удалось.
Меня разбудил ненавязчиво трясущий за плечи, Пашка. Удалось с трудом. Я всеми силами противилась его желанию: грозила, что утром порублю его в фарш, если не оставит в покое еще на пару часов, прятала голову под подушку, но все мои попытки отсрочить неизбежное, терпели фиаско. После угрозы вылить на кровать ведро ледяной воды, пришлось смириться с поражением и выполнить его требования. Хоть Пашка никогда не перейдет зыбкую черту между наглостью и настойчивостью, все равно как-то не по себе.
— Ну что тебе надо? Паш, я только уснула! — сонно пробормотала, приподнимаясь на локтях и разлепляя, будто склеенные глаза.
— Командор ждет. Требует обоих для получения важной информации, — он вежливо протянул мне руку, я нехотя ее приняла и при помощи его сильного рывка, очутилась на ногах.
Дух ожидал нас на кухне. Если бы его было возможно немного подправить при помощи фотошопа, прибавив немного плотности и цвета, то командора смело можно сравнить с полуночным романтиком, мечтающем о любимой женщине. Услышав наши скрипучие шаги, он развернулся к нам. На его привычном бесстрастном лице сегодня читались серьезные размышления.
— Слишком долго, — не замедлил проворчать он, складывая руки за спиной.
— Как смог, — в такт ему ответил Пашка и присел на ближайший табурет за столом, я сделала тоже самое.
— Ладно, не будем в столь поздний час разводить какофонию. Приступим сразу к делу. Час назад нам поступило сообщение от ваших коллег о найденном трупе, идентичном вашему Деловому. В это раз жертвой стала молодая девушка. Ей так же разодрали глотку. Оперативников пока никто не вызывал. Ваша задача съездить по указанному адресу, провести собственное расследование, собрать улики и образцы крови. По завершению, позвонить Вене и доложить.
На столе из ниоткуда материализовался маленький лист бумаги с написанным шариковой ручкой адресом.
— Блин, ее не могли где-нибудь поближе убить? — с досадой воскликнул Паша, представляя, сколько бензина уйдет на дорогу в оба конца, — Через весь город пиликать!
Ему никто не возразил. Наш командор всегда отличался скверной манерой уходить и приходить, когда заблагорассудится. Иногда он подрывал на работу с таких мест, что будь до сих пор жив, убили бы свои же. Однажды очень давно, в один хороший выходной, встретившись с коллегами выпить пива, они поведали, что командору безразлично откуда вырывать охотника для дела: хоть с девушки снимать в самый страстный пик встречи, хоть от материнской титьки отрывать, главное — беспрекословное выполнение порученного задания и верность кодексу охотника.
— И не говори! — согласилась с Пашкой, широко зевая, — На сборы десять минут.
Парень скептично хмыкнул. Чтобы собраться, ему всегда хватало времени прогорания спички. Эта ночь не исключение. Зато я спросонья напортачила. Нацепив джинсы и утепленную толстовку, довольная собой вышла в коридор к напарнику. Кто знал, что в темноте я умудрюсь одеть толстовку наизнанку. Вместо красивой нашивки на груди, во все стороны торчали нитки и добавляли позитива в картину внепланового пробуждения посреди ночи. Пашка со смехом посмотрел на меня не расчесанную и не накрашенную, затем продлил сборы еще на пять минут. Я прошла к зеркалу и привела себя в порядок. Напарник пристально наблюдал за сборами.
Когда две узких полоски превратились в глаза и волосы приняли свой привычный вид, я перестала походить на ожившего вурдалака и приняла вид не выспавшейся девушки, что одно и тоже, только красивее звучит.
