— Это все мои имена, — негромко сказала Саманта. — Так решил отец. Когда я родилась, они с мамой думали бросить охоту, но она сама находила их. И как раз развелось много ведьм. Мой отец, — Кас почувствовал, как трудно было говорить об этом девочке, — он решил, что никто никогда не сможет навредить мне, используя порчу по имени. Поэтому мы постоянно меняли их. И родители всегда звали меня так, как было написано в новых документах. И Тома тоже.
— И у тебя никогда не было своего имени?
— Я привыкла, — грустно улыбнулась девочка. — Это не так уж сложно. Отец всегда говорил мне, что делает это ради нашего блага. Когда мы вырастем, у нас будет шанс бросить всё это. У нас будет шанс забыть всё и выбрать себе настоящее имя. Он хотел, чтобы мы сами выбирали свою судьбу. Мама записывала все эти имена, чтобы потом я могла вспомнить всю свою жизнь и выбрать то имя, которое будет для меня самым лучшим.
— Думаю, твои родители хотели, чтобы ты была счастлива, что бы ты ни решила, — серьёзно сказал Кастиэль. Саманта кивнула, шмыгнула носом, утёрла непрошеные слёзы. Ангел осторожно вложил в её чуть дрожащие руки чёрный блокнот. — Тише, тише. Давай я принесу ещё молока, — он взял пустой стакан, ободряюще улыбнулся девочке, и быстро встал.
Перед глазами у него потемнело, и он услышал только неправдоподобно далёкий и возмущённый «бзынь!», когда выронил стакан.
Кастиэль пошатнулся и наклонился вперёд, ухватился за стол, чтобы не упасть. В ушах звенело, воздух словно уходил от губ — приступ был не таким жутким, как в прошлый раз, но весьма ощутимым. Кас почувствовал рядом движение — кто-то его ухватил за руку и потянул вниз, помогая сесть. Он глубоко вздохнул, прижав руку к груди, помотал головой и поднял веки. Мир медленно возвращал себе нормальные краски.
— Что с вами? — заглянула ему в лицо встревоженная и перепуганная Саманта. — Что случилось?!
— Я… — язык плохо ворочался, но Кас старался. — Ничего страшного… — соврал он.
— Как мне вам помочь?
— Никак… — он сам вцепился онемевшими руками в запястье Саманты. — Никак, сейчас само… пройдёт…
— Может быть, нужно позвать Сэма и Дина? — предположила девочка. — Я сейчас! — она собралась встать, но Кастиэль её удержал.
— Не нужно, не беспокой их, — он выдохнул, выпрямился, снова втянул в себя воздух. — Всё хорошо. Я оклемаюсь. Расскажем им позже.
— Но они ваша семья, — недоуменно сказала Саманта. — Они… разве они не будут беспокоиться, если узнают о том, что вам плохо?
— Будут, конечно, — признал Кас. — Поэтому стоит подождать. Они очень устали с дороги… Ничего серьёзного не произошло. Такое уже было, мы знаем, что это значит.
— Что? — тут Саманта слегка придержала его за плечо, и Кас неожиданно для самого себя понял, что едва не завалился набок. — Может, всё-таки… я ведь совсем не знаю, как вам помочь, а они…
— Не стоит, — упрямо повторил Кастиэль. — Не волнуйся, — он сжал пальцами край стола, который причудливо изгибался в его глазах, чтобы убедиться, что дерево никуда не уплывает и находится на месте.
— Ладно, — Саманта поднялась. — Тогда хотя бы так, — и Кас услышал, как где-то рядом щёлкнул чайник.
Ещё пару минут спустя он сидел, держа в руках чашку с горячим и очень сладким чаем. Он растерянно смотрел на жидкость, будто не понимал, что ему с ней делать. Саманта, вручившая ему чашку, быстро убрала осколки стакана и опустилась рядом на стул.
— Пейте, — сказала она.
— Мне не…
— Может, вам и не нужно, но вашему телу точно станет лучше, — заверила она. Кас, может, взялся бы объяснить Саманте, как работает его сосуд, но мысли всё ещё слегка путались в голове. Так что он решил не спорить с девочкой и послушно отпил горячий чай.
Они поменялись местами. Теперь уже Саманта молча сидела рядом, опустив глаза и теребя рукав своего свитера. Настал момент, когда она могла бы вести в диалоге, но девочка всё ещё не решалась.
— Ты выбирала когда-нибудь себе имя? — зачем-то спросил Кастиэль, глядя на её аккуратные косички, которые слегка потрепались, пока она спала в машине. Девочка кивнула. Косички опустились.
— Лет с двенадцати начала. Но все варианты расходились на новые города. В этот раз тоже выбрала сама, — она неловко улыбнулась, как будто её имя было тем, чего стоило стесняться. — И даже фамилию. Родителям впервые понравилось.
— Фамилию? Томски?
— Да… Не знаю, слушают ли ангелы музыку, — снова нервно дёрнулись уголки губ, — но это имя созвучно цитате из одной песни. Отец часто слушал её, напевал, и однажды я залезла в Интернет, чтобы поискать её. Мне понравилось, и эта строчка… просто запала куда-то, — Саманта прижала руки к груди. — А когда мы приехали в США, я подумала — почему бы нет? — скрытая горечь звучала в её голосе. Кастиэль, которого вновь слегка «накрыло» новой волной легкого удушья, весьма внимательно кивнул. Его словно тошнило — и горячий чай правда был кстати, несмотря на его невероятную сладость. — А какая у вас фамилия? — неожиданно перевела девочка тему.
— У меня? — растерянно переспросил ангел.