— Я прекрасно знаю, куда вы собирались! Вы задумали сбежать с этим парнем, Камероном, который похож на своего деда как две капли воды! Катрина Макфри знает все, что творится этом доме!
Фиона застыла с открытым ртом.
— Ты сделала это нарочно? — все еще отказываясь верить, воскликнула она. — Ты знала, что значит для меня этот день, и ты заперла меня здесь, потому что…
Она не могла в это поверить, и неожиданно Катрина с перекошенным лицом и горящими глазками показалась ей сумасшедшей.
— Я сделала то, что хотел бы хозяин, — гордо заявила старуха, и Фионе стало ясно, что спорить с этой безумной фанатичкой бесполезно.
Повернувшись к ней спиной, она бросилась бежать по каменным ступеням, ведущим из башенки, не чуя под собой ног и не зная, что делать. Бесполезно было бы звонить в мэрию в этот поздний час в надежде, что Айэн все еще ждет ее там, а Катрина, конечно, не ответила, если бы кто-то попытался связаться с «Лоджем». Она боялась телефона, считая его дьявольским изобретением.
Фиона попыталась представить, что стал бы делать Айэн в такой ситуации, и совершенно неожиданно вспомнила об Элизе, обещавшей встретить их у мэрии. Это ее слегка успокоило — по крайней мере, Элиза скажет Айэну, что она собиралась ехать к нему. Тогда он поймет, что с нею что-то случилось, и вернется за ней! А ей надо отправиться в «Гер» и ждать там Айэна!
И она направилась в «Гер», не замечая ни потемневшего неба, ни разбушевавшегося озера, ни белого паруса за мысом, беспомощно плескавшегося на ветру над сломанной мачтой.
Айэн Камерон мерил шагами тротуар перед мэрией, когда Элиза резко затормозила у бордюра и помахала ему рукой.
— Привет! Мы рано?
Он живо обернулся, но Элиза была одна, и вспыхнувший огонек мгновенно потух в его глазах, когда они встретились с холодными голубыми глазами Элизы. Он не считал, что Фиона и Элиза были близким подругами, но они, видимо, договорились о встрече, и Фиона, разумеется, предпочла, чтобы свидетельницей была знакомая ей девушка, чем кто-то чужой.
— Фиона еще не появилась, — пояснил он, стараясь держаться как можно непринужденнее и поглядывая на часы. — Она обещала встретиться со мной без четвери одиннадцать.
Элиза удивленно подняла брови:
— Кажется, она здорово запаздывает, а?
Камерон не ответил. А Элиза нарочно молчала, пока минуты, остававшиеся до назначенного времени регистрации, не истекли окончательно, торжествуя про себя, что судьба в очередной раз играет ей на руку.
Когда часы пробили одиннадцать, Камерон резко развернулся и вошел в здание мэрии.
Он пробыл там около четверти часа, затем вернулся обратно, и можно было подумать, что он стал на несколько лет старше. Элиза распахнула перед ним дверцу.
— Садись, Айэн, — пригласила она. — Ждать бесполезно.
Сначала ей показалось, что он хотел отказаться от ее приглашения, но он сел на сиденье рядом с ней и уставился прямо перед собой, и она надавила на газ, торопясь отъехать. Элиза хорошо знала Инвернесс, и она выбрала тихий, выходивший на реку отель, где они вряд ли могли натолкнуться на кого-то из знакомых. Для ленча было еще рановато, и она провела его в тихий уголок зала, где они могли посидеть спокойно вдвоем, выбрав столик в стороне от окна и подальше от вращающейся двери.
Камерон, последовал за ней, не говоря ни слова, хмурый, с крепко сжатыми губами, ничего не видящим взглядом он смотрел прямо перед собой, не обращая внимания ни на Элизу, ни на обстановку вокруг.
Она подтолкнула к нему через стол свой портсигар, но он отказался от сигареты, покачав головой.
— Айэн, — ласково начала Элиза, — для тебя это тяжкий удар, но я с самого начала сомневалась в целесообразности этого брака.
Она видела, как его ноздри раздулись, и испугалась, не сказала ли чего лишнего, но, когда он ничего не ответил, продолжила:
— Вчера вечером Фиона была ужасно расстроена. Ее семья значит для нее слишком многое, и мысль о том, что ей придется навсегда оставить отца, разрывала ей сердце. Но мне кажется, что больше всего она переживала из-за «Гера»… из-за того, что ей предстоит там жить. Может, тебе трудно понять, что означает такая жизнь для девушки, привыкшей к роскоши. Возможно, ее просто испугала мысль, что она разлюбит тебя после того, как вы поженитесь. Она довольно здравомыслящая натура, как я убедилась, и, видимо, предпочла принять решение сейчас, а не потом.
Наконец Камерон прервал его, собравшись с мыслями, которые, видимо, блуждали где-то далеко.
— Никакого решения не было, Элиза, — начал он. — Разумеется, я отменил нашу регистрацию, а также позвонил в «Лодж», но там никто не взял трубку. Фиона ответила бы, будь она дома. Ее нет в Триморе, отсюда я делаю вывод, что она где-то в Инвернессе.
