— Спасибо тебе, мастер Ридли, — поблагодарил Роджер, доставая монету в два пенса, от вида которой мальчишка просиял. Он вложил ее в ладонь парня, и тот уже собрался было идти, но Роджер остановил его, взяв за плечо. — Еще кое-что, мастер Ридли. — Глянув на Бака, Роджер вытащил жетоны.
Ридли занервничал, его круглое лицо побледнело. Бак довольно фыркнул и схватил мальчика с другой стороны.
— Расскажешь нам о том человеке, — вкрадчиво попросил Бак, — и я не сломаю тебе шею.
Роджер бросил на Бака недовольный взгляд, однако угроза сработала. Ридли сглотнул так шумно, словно пытался съесть гриб целиком, а потом заговорил. Учитывая непонятный говор и волнение паренька, понять его оказалось нелегко, но суть они уловили.
— Отпусти его, — сказал Роджер Баку и сам убрал руки от мальчишки. Покопавшись в кармане, Роджер выудил оттуда еще один медный пенни и протянул Ридли. На лице парня отражались то страх, то возмущение, а в итоге он схватил монету и побежал, то и дело оглядываясь назад.
— Он доложит родным, — заметил Бак. — Нам лучше поторопиться.
— Ты прав, поторопиться надо, но по другой причине — скоро стемнеет. — Ослепительный желтый шар солнца уже катился к горизонту холодного неба цвета охры. — Идем, пока еще можно найти дорогу.
Если Роджер правильно разобрал слова Ридли, то странно одетого мужчину (кто-то принял его за эльфа, кто-то за жителя севера, причем под севером одни имели в виду Шотландию, а другие Скандинавию) угораздило появиться на ферме в двух-трех милях от камней, где на него напали члены недружелюбного клана под названием Уод.
Они забрали у незнакомца все, что показалось ценным, избили его и бросили в овраг — так, похваляясь, члены клана рассказали перегонщику скота, который попался им по пути и спросил про чужака.
Случившееся заинтересовало всю деревню, хоть и не настолько, чтобы кто-то отправился на поиски чудно́го мужчины. Правда, когда сапожник Хакфурт нашел странную полоску ткани, слухи уже было не остановить. Волнение достигло предела тем самым днем: один из работников мистера Куортона пришел в деревню к бабуле Рэкет, чтобы та вскрыла ему нарыв, и брякнул, мол, незнакомец, говорящий на малопонятном языке, пытался стащить пирог с подоконника миссис Куортон. Хозяин поймал его и держит взаперти, пока не придумает, как поступить с жуликом.
— И что он
— Прикончить его. Или отрубить руку. Мистер Куортон не жалеет воришек.
Вот и все, что они узнали от мальчишки, не считая приблизительного расположения фермы Куортона.
— Две мили на запад по эту сторону стены и потом немного на юг, вдоль ручья у гребня горы… — мрачно проговорил Роджер, ускоряя шаг. — Если выйдем к ручью до темноты…
Бак пошел за ним к тому месту, где они оставили лошадей.
— А вдруг у Куортона собака? — спросил он.
— Тут у всех собаки.
— Ох ты ж господи!
Луна не светила — им повезло, хотя имелись в этом и свои недостатки. Фермерский дом и другие постройки окутала такая непроглядная тьма, что Роджер с Баком вовсе не нашли бы их, если бы не успели приметить еще в сумерках. Они дождались темноты и выдержали еще полчаса после того, как в доме погасили тусклые свечи, дабы убедиться, что все жильцы — и собаки — уже спят.
Роджер нес потайной фонарь, прикрыв заслонку. Бак споткнулся обо что-то и с криком упал на землю. Как оказалось, он потревожил огромного спавшего гуся, который с еще более громким воплем бросился на Бака, пуская в ход клюв и хлопающие крылья. Вдалеке раздался резкий пытливый лай.
— Тише ты! — прошипел Роджер, помогая своему предку встать. — Ты и мертвого разбудишь, не говоря о жильцах этого дома. — Он набросил на гуся плащ, и тот, сбитый с толку, стал молча ковылять под покровом темной ткани. Роджер зажал рот рукой, чтобы не рассмеяться, и все же фыркнул.
— Сам ты тише, — прошептал Бак, поднимаясь. — И не надейся, что я помогу тебе забрать плащ у этой зверюги.
— Он и так его сбросит. Зачем гусю плащ? Давай лучше подумаем, где могут держать пленника.
— Там, где дверь запирается на засов. — Бак отряхнул руки от грязи. — Точно не в доме, он для этого маловат.
И правда, в Лаллиброхе уместилось бы шестнадцать таких домиков. При мысли о поместье у Роджера кольнуло в груди.
В общем, Бак не ошибся: здесь было от силы комнаты две, ну и, может, еще чердак для детей. А раз соседи считали Джерри (если это действительно он) в лучшем случае иностранцем и в худшем вором или сверхъестественным существом, вряд ли Куортоны пустили бы его к себе в дом.
— Нет ли тут амбара? Ты, случайно, не разглядел в сумерках? — прошептал Бак, переходя на гэльский. Он встал на цыпочки, как будто это могло помочь лучше видеть в темноте. Глаза Роджера немного привыкли к мраку, и он различал очертания фермерских построек: кукурузное хранилище, сарай для коз, курятник. Чуть дальше — взъерошенный стог сена…
