Я вздохнул, ущипнув себя за переносицу. Мы вернулись к тому, с чего начали этот разговор. Деньги — это, конечно, здорово, но я уже опаздывал на свидание, и мое терпение было на исходе. Йен настаивал на том, чтобы получить хотя бы двадцать процентов, а поскольку мой лучший друг не мог выпросить пять копеек из пятидесяти, все хлопоты легли на мои плечи.
Не было ни единого шанса, что я заплачу триста миллионов за компанию, которая на данный момент оценивалась лишь вдвое дороже. Конечно, у нового запуска был огромный потенциал, и я был готов вложить в него деньги, но, черт побери. Это было просто смешно.
— Послушай, Лэнс. Мы с Йеном желаем тебе удачи. Но твоя оценка — полная чушь, и ты это знаешь. Двести миллионов за двадцать процентов — это лучшее, что я могу предложить. Если у тебя на крючке есть еще один инвестор, готовый дать триста за двадцать, то как бизнесмен и друг… — я закатил глаза, застегивая верхнюю пуговицу пиджака. — Я очень советую тебе согласиться. Но, к сожалению, мы оба достигли своих пределов. И они не совпадают. Пора прекратить терять время и двигаться дальше. — Поправив галстук, я взглянул на часы. Она будет злиться, что я опоздал. Это не сулило ничего хорошего для последующей вечеринки.
— Мне нужно идти. Хорошего дня…
— Двести пятьдесят и двадцать один процент, — бросил он, прежде чем я успел повесить трубку.
Я замер, и на моих губах заиграла медленная ухмылка. Тот факт, что он увеличил процент, говорил о том, что эта сделка — нечто большее, чем просто привлечение нового инвестора. Ему нужны были деньги, и быстро. Почему? Я не знал, но Йен внимательно изучит его финансовые показатели, прежде чем сделка будет завершена, поэтому я без колебаний ответил:
— Двести пятьдесят и двадцать пять процентов.
Он выпустил несколько ругательств.
— Мы обсудим это за выпивкой сегодня днем.
— Нет. У меня весь день расписан.
— Не морочь мне голову. Сегодня суббота.
— И все же я разговариваю с тобой по телефону.
— Сегодня, Кейвен. Если ты собираешься трахнуть меня так жестко, то самое меньшее, что ты можешь сделать, это купить мне выпивку.
Я рассмеялся и заглянул за угол. Она уже сидела за столом, потягивая апельсиновый сок из винного бокала, а посередине стояла тарелка с нетронутой выпечкой. Я был прав. Она была в бешенстве. Но мне действительно нужно было заключить эту сделку до того, как об этом станет известно, и он действительно найдет кого-то, кто даст ему триста миллионов, которые он, вероятно, заслужил.
Я отпрыгнул в сторону, когда в поле зрения появилась ее голова.
Это был настоящий кавардак. Но мне нужно было забрать несколько вещей перед вечеринкой. Конечно, я мог бы выпить одну рюмку, не считая это работой.
— Один стаканчик. И бар должен быть рядом со мной.
— Ты сошел с ума, если думаешь, что я сегодня поеду в Джерси.
До города было всего сорок пять минут езды. Если я мог делать это каждый день, то этот парень мог бы сделать это один раз.
Я напряженно молчал.
— Ладно, ладно. Хорошо. Двести пятьдесят. Двадцать пять процентов, и я отвезу свою задницу в Джерси. Однако мне нужно, чтобы ты взял с собой пистолет, потому что, если я обнаружу, что мне нравится пригород, и начну смотреть дома, пока буду там, ты должен немедленно меня убить.
Победа запела в моих жилах.
— Принято. Я пришлю тебе адрес, — я не дал ему и слова вымолвить, прежде чем нажал кнопку отбоя.
Я набрал быстрое сообщение Йену, после чего сунул телефон в карман. Затем, глубоко вздохнув, я похлопал по внутренней стороне пиджака, чтобы убедиться, что черная бархатная коробочка все еще находится внутри, и приготовился к встрече.
— Рози. Моя малышка, — промурлыкал я, выходя в коридор. Она была самой красивой из всех, кого я когда-либо видел и когда-либо увижу, даже когда ее сердитый зеленый взгляд устремился на меня, как у обиженной женщины двадцати с небольшим лет.
Я подмигнул ей, направляясь к столику. Приблизившись, я потянулся за одним из кексов, но она отодвинула тарелку.
— Ты опоздал.
— Да. Я знаю. Прости, — я поправил лацканы своего темно-синего костюма.
Пока я был в душе, она подсунула под дверь официальное приглашение, написанное от руки мелком, и пригласила меня на королевский завтрак в честь ее дня рождения. По крайней мере, мне так показалось. На самом деле там было только ее имя, праздничный торт и рисунок, изображающий нас двоих, держащихся за руки. Когда я вытирался, она крикнула через дверь:
— Я голодна, так что одевайся как принц! — и я услышал, как ее ноги зашаркали по деревянному полу. Это был второй год завтрака в честь дня рождения принцессы, поэтому я, к счастью, приготовил кексы с шоколадной крошкой и пончики с розовой посыпкой. Ну, знаете, завтрак королевских особ во всем мире.
Я остановился на полпути к своему стулу и окинул ее взглядом.
— Вау, ты выглядишь невероятно.
Ее волосы представляли собой беспорядочное гнездо рыжих волн, на голове криво сидела серебряная корона, а ее голубое бальное платье было прямо из «Золушки», в комплекте с перчатками длиной до локтя, и пластиковыми браслетами из драгоценных камней.
