Наполеон готов уже отдать приказ войскам для атаки, когда внезапно, бросив последний взгляд на поле боя, он замечает среди тумана нечто вроде маленькой тучки, направляющейся в сторону Сент-Ламбера. Он оборачивается к маршалу Сульту, находящемуся рядом, и спрашивает, что тот думает об этом. Тотчас все штабные подзорные трубы направлены в одну сторону. Одни утверждают, что это деревья, другие настаивают, что люди. Наполеон первым распознает колонну, но Груши ли это или Блюхер? Никто не знает. Маршал Сульт склоняется к тому, что это Груши, но Наполеон сомневается. Он приказывает позвать генерала Дюмона и посылает его с дивизионом легкой кавалерии и дивизионом генерала Сюбервика очистить правое крыло, срочно встретиться с приближающимся корпусом, соединиться с ними, если это Груши, и задержать, если это авангард Блюхера.
Приказ еще звучит, а все уже пришло в движение: трехтысячная кавалерия по четыре в ряда совершает поворот вправо, разворачиваясь огромным бантом, отделяется от нашего правого края, быстро удаляется, перестраиваясь, как на параде, примерно за три тысячи туазов от исходной точки.
Едва она завершила это движение, своей точностью и элегантностью отвлекая на мгновение внимание от Гумонского леса, где продолжает грохотать артиллерия, как офицер стрелков привел к Наполеону прусского гусара, только что захваченного летучей разведкой между Варвом и Планшенуа. При нем письмо генерала Бюлова, сообщающего Веллингтону, что он прибывает через Сент-Ламбер и ждет его приказаний. Кроме этих соединений, снимающих все сомнения относительно появившихся войск, пленник дает показания, которым приходится верить, какими бы невероятными они ни казались, что еще утром три корпуса прусско-саксонской армии находились в Варве, где Груши их нисколько не тревожил, что никаких французов не было перед ними, поскольку патруль их части, отправленный этой ночью на разведку, проник в Варв, никого там не встретив.
Наполеон оборачивается к маршалу Сульту и говорит:
— Этим утром у нас было девяносто шансов на победу. Приход Бюлова заставляет нас потерять тридцать. Но у нас еще шестьдесят против сорока, и, если Груши исправит ужасную ошибку, которую совершил вчера, развлекаясь в Жамблу, если он двинет свою часть достаточно быстро, победа будет еще более решающей, так как корпус Бюлова окончательно погибнет. Прикажите позвать офицера.
Тотчас подходит штабной офицер. Ему поручают отвезти Груши письмо Бюлова и поторопить его с прибытием. Судя по тому, что он заявлял сам, в этот час он должен был находиться перед Варвом. Офицеру приказывается сделать крюк и присоединиться к нему с тыла. Это четыре или пять лье по превосходным дорогам. Имея прекрасного коня, офицер обещает быть у цели за полтора часа. В тот же момент генерал Домон присылает адъютанта с сообщением, что перед ними находятся пруссаки и что он посылает несколько патрулей, чтобы войти в контакт с маршалом Груши.
Император приказывает генералу Лобо пересечь с двумя дивизионами большую дорогу Шарлеруа и идти как можно правее, чтобы задержать легкую кавалерию врага. Он выберет хорошую позицию, где сможет с девятью тысячами солдат остановить тридцать тысяч.
Таковы приказы, отданные Наполеоном, которые исполняются немедленно. Наполеон переводит взгляд на поле битвы.
Стрелки открывают огонь по всей линии, и все-таки, за исключением стычки в Гумонском лесу, идущей с тем же накалом, все это пока несерьезно. Кроме одного дивизиона, отправленного английской армией на помощь гвардии, вся англо-голландская линия неподвижна. На ее левом фланге части Бюлова отдыхают и переформируются, ожидая свою артиллерию, все еще занятую в стычке. В этот момент Наполеон отправляет маршалу Нею приказ — открыть огонь из пушек, захватить Хе-Сент, где, оставив дивизион инфантерии, тотчас направиться для захвата Папелотт и Хе, чтобы отделить англо-голландскую армию от корпуса Бюлова. Адъютант с приказом пересекает маленькую равнину между Наполеоном и маршалом и теряется в колоннах, ожидающих сигнала. Через несколько минут восемьдесят пушек открывают огонь, означающий, что приказ главнокомандующего начинает выполняться.
Три дивизиона графа Эрлона наступают, поддерживаемые страшным огнем, рвущим английские линии. Но тут, пересекая канаву, артиллерия завязает в грязи. Веллингтон видит это и бросает на нее бригаду кавалерии. Разделившись, она атакует со скоростью молнии дивизион Марконье и отдаленные пушки. Артиллеристы перебиты саблями, тягла пушек и постромки лошадей перерезаны. Уже семь пушек выведены из строя. Наполеон видит это и приказывает кирасирам генерала Мильо идти на помощь их братьям вместе с четвертым полком улан. Английская бригада, захваченная на месте преступления, исчезает под этим страшным ударом. Раздавленная, изрубленная, она превращена в куски. Еще два полка драгун полностью разбиты, пушки взяты обратно, и дивизион Марконье освобожден.
Этот приказ был так прекрасно исполнен самим Наполеоном. Он бросился во главе строя в гущу ядер и гранат, убивших рядом с ним генерала Дево и ранивших генерала Лальмана.
