6 мая доставили гроб, в который должны были положить тело императора. Сердце, которое по приказу императора д-р Антоммарки должен был передать императрице, было уложено в гроб вместе с желудком императора. Эти две серебряные вазы, наполненные спиртом, были герметически закупорены и запаяны британским паяльщиком, после чего вручены на хранение д-ру Арнотту. Он считал, что выполнил свое задание только тогда, когда обе вазы с сердцем и желудком императора положили в гроб.
Тело императора положили в оловянный гроб с подкладкой из белого стеганого атласа. Ввиду недостатка места в гробу мы не смогли надеть на голову императора его шляпу. Голова должна была покоиться на подушке из той же ткани, а шляпу положили на его ноги. В гроб также положили различные золотые монеты с изображением императора, а также несколько серебряных монет, перечисленных в протоколах, о которых речь пойдет ниже. Тот же человек, который запаял вазы, аккуратно запаял и этот первый гроб. Он был вложен внутрь другого гроба из красного дерева, который в свою очередь был положен в третий гроб со свинцовой оболочкой. Этот третий гроб был также запаян. Наконец, и этот третий гроб был помешен внутри четвертого гроба из красного дерева, который был скреплен железными шурупами с серебряными головками. Этот гроб поставили обратно на походную кровать, покрытую пурпурным вельветом, на котором мы разложили императорский плащ времен сражения при Маренго. Около гроба на алтаре все время горели свечи. На гроб было положено распятие. Рядом с распятием стояли освященная вода и кропильница. Д-р Арнотт продолжал свое дежурство, а отец Виньяли не переставал молиться в то время, как двое слуг постоянно оставались у гроба; один у его подножия, а другой в его изголовье. Двери в комнату были открыты для всех, кто приходил с острова, чтобы окропить освященной водой гроб императора.
В этот вечер мы составили следующий протокол:
