Наполеон - спаситель России полностью

Наполеон, как правило, сам диктовал тексты бюллете­ней, а редактировали их секретарь или начальник штаба. Первые экземпляры бюллетеней печатались в полевых типографиях или типографиях ближайших к месту по­стоя городов. Зачастую у бюллетеней бывало несколько редакций, их печатали разными шрифтами. Затем бюл­летени распространялись в войсках, причем младшие офицеры или сержанты читали их вслух перед строем рот. Раздавать бюллетени в виде листовок «на руки» не было принято из-за относительно небольшого их коли­чества.

Затем наиболее удачные бюллетени переиздавали в виде плакатов, которые расклеивали на стенах по городам, прибивали к деревьям в деревнях. С самого начала Напо­леон издал указ о перепечатывании бюллетеней государ­ственными типографиями и официальными газетами. При­чем не только в Париже или во всей Франции, но и во всех покоренных или зависимых странах.

Бюллетени трактовали исторические события настоль­ко своеобразно, что в войсках скоро появилась поговорка: «Врет, как бюллетень». Но быть упомянутым в бюллетене считалось великой честью даже для генерала или марша­ла. А солдаты гордились, если бюллетень упоминал их ди­визию или корпус.

Под конец Итальянского похода, 20 июля 1797 г., Напо­леон основал даже «корпоративную» газету «Курьер Ита­льянской армии».

С тех пор в армиях под командованием Наполеона, а затем и во всей французской армии, полевые типографии печатали не только императорские прокламации и бюлле­тени, а и постоянную военную прессу.

Опыт оказался бесценным. Бюллетени выпускали и в кампаниях, которые вел уже Наполеон-Император: в 1805, 1806-1807, 1809, 1812 и даже 1813 гг.

В 1811 году Наполеон приказал Александру Бертье собрать все бюллетени предыдущих походов и издать их в виде книги. Тут уже речь шла не об информировании французов о победах Великой армии, а об укреплении легенды о победах и культа личности Наполеона Бона­парта.

Можно спорить, планировал ли Наполеон уже тогда, в Италии, свержение Директории и приход к власти? Подумывал ли он о том, чтобы сделаться новым импера­тором, не хуже Людовиков? Скорее всего, первые мысли о свержении Директории у него возникли под конец Ита­льянского похода, после ряда блистательных побед. Сам он об этом не рассказывал, а больше спросить не у кого. Фактом является то, что после первых же побед Наполеон стал претендовать на самостоятельную роль.

Не менее важный факт: у него в руках оказался мощ­нейший аппарат пропаганды. Аппарат, который он сам придумал и создал! Этот аппарат повседневно делал из Наполеона живую легенду. И из него лично, и из тех сол­дат и офицеров, которые были верны Бонапарту и шли за ним. Пропаганда укрепляла связь Главнокомандующего и армии, она делала всех участников событий участниками одной пропагандистской легенды.

И благодаря победам, и благодаря пиару к концу Ита­льянского похода имя Бонапарта гремело по всей Ев­ропе.

Наполеон никогда не был демократом в том смыс­ле, в каком это слово упоминается чаще всего: он не считал людей равными. У него хватало ума понимать, что если дать людям свободу, они очень быстро станут неравными — ни по положению в обществе, ни по имуществу.

Но он считал, что способности человека не зависят от места, где он родился, от сословия и от богатства. Свиде­тель великих потрясений, он скорее считал, что место в обществе и богатство должно следовать за талантливым и предприимчивым. В этом отношении военная косточка Бонапарт был очень аристократичен.

Действительно, есть много примеров того, что демокра­тия не умеет оценивать людей, выделяющихся из толпы. Если все равны независимо ни от чего, если каждый равен другому без условий и оговорок, то какой смысл в заслу­гах, выдающихся особенностях и чертах характера? Они лишние, за них никаких дополнительных преимуществ не получишь. Они даже подозрительны, потому что разруша­ют иллюзию одинаковости.

Демократия волей-неволей помешана на деньгах. Это единственный вид неравенства, который она способна признать. И получается, что каждый сам себя может «вы­брать» в верхи общества, разбогатев. А к любому другому неравенству демократия подозрительна.

Аристократическое сообщество, во-первых, выбирает себе членов. Можно самому стать миллионером, но никак нельзя самому стать генералом, крупным чиновником, ар­хиереем или профессором. Для этого нужно потрудиться, и нужно, чтобы твою работу оценила верхушка аристо­кратической системы.

Во-вторых, аристократия предъявляет жесткие требо­вания к своим членам. Если ты не соответствуешь предъ­являемым требованиям, ты не станешь генералом, профес­сором... жрецом Амона-Ра... нужное вставить.

Демократизм демократии определяется допуском каж­дого к обогащению.

Демократизм аристократической системы определя­ется допуском каждого к проявлению нужных качеств — и тем самым к карьере.

Корсиканский дворянин Наполеоне Боунапарте был глубоко аристократичен. Генерал Конвента и Директории Наполеон Бонапарт был глубоко демократичен. Он видел, как проявляют прекрасные качества люди самого скром­ного происхождения.