– Не беспокойтесь. Если я и понимаю что-то, так это ценность уединения, тайны личной жизни. В последнее время я в значительной мере лишилась этого, а потому вполне понимаю вас. Я не пророню ни слова. Кроме того, я уверена, что вы правы. Он довольно сварлив.
Валентина сжала губы, подавляя улыбку.
– Что ж, леди Холлис, каковы наши планы на вечер?
Я слегка заволновалась. Все определенно начало меняться.
– Король Джеймсон недавно подарил мне набор золотых игральных костей. И я пытаюсь научиться каким-нибудь играм.
– Я принесу деньги. Гораздо забавнее, когда есть небольшие ставки, – предложила Валентина таким тоном, словно изрекла великую мудрость.
– Мы можем и фрейлин пригласить, если хотите.
– Нет, – покачала головой Валентина. – Мне хочется побыть с вами.
– Абсолютно с вами согласна, ваше величество, – улыбнулась я.
Услышав титул, Валентина округлила глаза:
– Ладно, это было забавно, когда я пыталась вас унизить, но теперь называйте меня просто Валентиной.
– Но я всегда готова вернуться к прежнему, если вам надоест.
Она хихикнула, но тут же осеклась. Я видела, как король Квинтен раздраженно выдохнул, но промолчал, глядя в нашу сторону. Он окинул пристальным взглядом Валентину, потом его глаза ненадолго остановились на мне, и меня пробрало холодом. Я смогла наконец достучаться до Валентины, но для Квинтена я значила не больше, чем какая-нибудь мошка. Я быстро отвела взгляд.
Я напомнила себе, что всего лишь сопровождаю Валентину, и если она довольна, я выполняю свой долг… но я знала, что, как только стану королевой, Квинтен станет неотъемлемой частью моей жизни. Сановники и завистники будут приходить и уходить, а мне придется оставаться в центре этого круговорота, и спрятаться будет негде. Наверное, кому-то я буду нравиться, но всегда найдутся и такие, кто будет с удовольствием игнорировать меня.
Я вскинула голову, думая о Валентине. Раз уж мы обе очутились в золотых клетках, то должны это использовать наилучшим образом.
Валентина довольно быстро устала, и я была этому даже рада, поскольку хотела провернуть собственное дело. Сверток был большим, но легким, а я, благодаря росписям перед их комнатами, о которых рассказала леди Истофф, знала, куда идти.
Официально я шла повидать Скарлет, но внутри у меня все трепетало, как у какой-нибудь заговорщицы. Меня терзало сразу множество чувств, я даже не понимала, что они значат. Будет ли там Сайлас? Попытается ли он поговорить со мной? Хочу ли я этого?
Поцелуй стал настоящей неожиданностью. Нет, не неожиданностью, ошибкой. Безусловно, Сайласу я смогу все объяснить, и он поймет. Что бы он ни делал, за этим всегда скрывалась доброта, и то, что в его семье все явно ценили друг друга, вызывало у меня желание сблизиться не только с ним, но и со всеми Истоффами. К тому же он был так хорош на свой лад, с этими его синими глазами и ангельской улыбкой… Да, в Сайласе Истоффе было нечто весьма чарующее.
Но, учитывая то, что он не был Джеймсоном Барклаем, все это не имело никакого значения. Обаяние не принесет мне короны и не даст надежд королевству. Обаяние прелестно, но в нем нет необходимости.
Я остановилась перед дверью, набираясь храбрости для того – и кого, – что могло оказаться по другую ее сторону, и постучала.
– Леди Холлис! Рада вас видеть! – приветствовала меня Скарлет, широко распахивая дверь.
– Вас-то я и искала, – сказала я, не обращая внимания на внезапную боль в сердце. – Надеюсь, я не помешала?
– Ничуть! Прошу, входите!
Она отступила в сторону, пропуская меня, и я вошла в их покои.
Я увидела небольшой камин и стол, за которым могли бы усесться четверо, но вокруг него сгрудились шесть стульев. Особых украшений в комнате не было, но в ящиках под окном стояли цветы. Две двери, должно быть, вели в спальни. Мне стало немного жаль Скарлет, ведь ей приходилось делить комнаты с братьями, и личного пространства для нее не оставалось.
Единственным, что радовало здесь, было окно. Большое, такое же, как другие окна в этой части внешней стены, а потому в любой комнате, независимо от ее размера, было светло. Я уставилась на окно, думая о том, что вид из него совсем не такой, как из моего.
– Видите вон то здание? – спросила Скарлет, показывая на небольшое каменное строение с тростниковой крышей и высокой трубой, из которой даже сейчас шел дым. – Там работают Сайлас и Салливан.
– В самом деле? – сказала я, подходя ближе к окну, чтобы всмотреться.
– Да. И если Салливану требуются мои тонкие пальцы, чтобы закончить какое-нибудь украшение, или я нужна Сайласу, чтобы отполировать меч, они вешают на окно голубой шейный платок. А я постоянно поглядываю в ту сторону.
– Они владеют замечательным искусством, – благоговейно заметила я. – Я умею шить, но на том мои таланты и заканчиваются.
– Неправда! – возразила Скарлет. – Вы прекрасно танцуете, и вы умеете вести беседу в два раза лучше, чем кто-либо в Изолте.
Мне не хотелось говорить ей, что это едва ли комплимент.
