Из мелкобуржуазных взглядов ревизионистов следовали совершенно определённые выводы. Только конкретные страны с национальными обществами готовы и могут осуществлять индустриальное цивилизационное развитие, и городское промышленное предпринимательство, капиталистические рыночные отношения есть благо. А национальное общество есть продукт конкретно-исторического этапа развития конкретного государства, которое стало индустриально развитым и успело создать предпосылки появлению рационально образованных рабочего класса и среднего, собственно гражданского класса, главного движителя внедрения достижений знаний в производство и в общественную жизнь. Ради устойчивости политического общественного и экономического развития каждое национальное общество должно вести рыночную борьбу с другими национальными обществами, подобно тому, как это делают корпорации, создавая собственные сферы мирового влияния. И лишь в способном на борьбу за национальные капиталистические интересы обществе становится возможным бурный рост производительности труда, национального богатства и общественного развития. Остальной же мир должен подстроиться под экономические и политические интересы индустриальных держав, обслуживать их потребности в сырье и рынках сбыта готовой промышленной продукции.
В обстоятельствах становления национальных рабочих движений и теоретического развития нового понимания идеала социалистического общества, как общества с политическим господством не пролетариата, а собственно рабочего класса, оказалось, что немецкие социал-демократы гораздо решительнее защищали интересы индустриального производства, чем французские социалисты и английские тред-юнионисты. Немецкие рабочие в условиях военно-бюрократического абсолютизма Прусской империи предстали гораздо более организованными, имели гораздо более высокое классовое и политическое самосознание, создавали гораздо более сложное социальное взаимодействие и разделение труда в промышленных производственных отношениях, чем французские и английские рабочие. А потому Германия осуществляла индустриальное развитие самыми быстрыми темпами не только в Европе, но и в мире в целом, превращалась во вторую индустриальную державу мира, уступая в промышленной мощи только США.
Причина была в том, что английские тред-юнионисты и французские социалисты не имели идеологической защиты от либерализма, мешающего усложнению социального порядка в производственных отношениях культом индивидуализма и потребительской вседозволенности. В Англии пролетарский марксизм не был воспринят рабочим движением, рабочее движение не смогло его переработать и приспособить для осознания своих долгосрочных политических целей и интересов. Поэтому либерализму в Англии противодействовали только лейбористские представления о сиюминутных экономических интересах британских рабочих, которые защищаются при помощи стачек и последующих компромиссов профсоюзов с предпринимателями. Во Франции же теория научного социализма Маркса прививалась к уже сложившемуся французскому социалистическому движению, которое сделало идеологические уступки масонскому либерализму, подстраивалось под него. Лишь в Германии социал-демократия развивалась на основе марксизма и его ревизий, вследствие чего идеология немецкой социал-демократии изначально была антилиберальной. В идеале будущего национального социалистического общества с демократическим самоуправлением немецкие социал-демократы изначально видели политическое господство индустриального рабочего класса и ради успеха борьбы за осуществление этой цели непрерывно усложняли индустриальную производственную и политическую дисциплину в своих рядах, которая способствовала усложнению индустриальных производительных сил.
