— Боюсь я теперь своего брата. Говорит он мне, что не умирал, а только спал. Но лицо у него изъедено мышами. Теперь опять ночью так было. Стояла большая вода перед вашим чумом, велел мне брат спать и из чума не выходить, а за ночь вся вода ушла по другую сторону нашего чума.
Старик, хозяин чума, ответил:
— Однако, твой брат большой шаман. Вот у меня сейчас дочь умирает. Не поможет ли твой брат ей?
— Ладно, — сказал парень. — Я скажу про это брату. Но не буду ему говорить как шаману, а расскажу просто так. По всему видно, что он не хочет, чтобы люди знали, кто он такой.
Сказал так парень и вернулся в свой чум. Посидел и сказал брату:
— Надо и тебе сходить в гости. Неловко как-то, рядом люди живут, а ты не заходишь.
Умиравший брат будто и не слышал, что парень сказал. Молча встал и пошел в гости. Зашел в чум. Заметили все люди, что не простой человек пришел, половины лица нет. Вошел в чум и сел у огня, будто ничего не видит. Старик тут стал тихонько просить его помочь дочери. Ничего не сказал умиравший человек, только пересел к девчонке. Прислонился к ней и так лежал целый день, только к вечеру приподнялся. Девочка пошевелила ногой. Опять прислонился к ней умиравший человек и так пролежал всю ночь. Утром она сама надела парку. Еще день просидел умиравший человек с девочкой, и стала она совсем здорова.
Попросил тогда старик:
— Скажи, что возьмешь в уплату. Хочешь, возьми дочь мою в жены.
Умиравший человек тогда сказал:
— Мне ничего не надо. Отдай свою дочь моему брату. Будет она топить огонь в его чуме, будет варить ему еду, и я буду жить с ними, и буду в тепле, и буду иметь еду.
Так и сделал старик. Отдал дочь за убежавшего от оспы парня. Парень этот стал жить и ходить вместе с тестем. Вместе с ними жил и ходил умиравший человек. Потом стал он самым большим шаманом. Был он из рода Чунанчера.
Жил старик. Было у него семь сыновей и одна дочка. Однажды старший сын пошел в лес дерево искать, чтобы из него лодку долбить. В лесу нашел нужный кедр, срубил его. Упало дерево. Стал парень вершину кедра отрубать. Трудно — дерево толстое, сучковатое. Наконец справился, срубил верхушку. Только кончил, сел отдохнуть — видит, выходит из чащи к нему черт. Подошел к парню и спросил:
— Внучек, что ты тут делаешь?
— Да вот, дедушка, для лодки дерево срубил.
— Чум-то твой далеко ли стоит?
— Да, далеко, очень далеко.
— Ну, внучек, пойдем в твой чум.
— Нет, дедушка, мне ведь лодку делать нужно.
— А ты домой кедр унеси, там и делать будешь.
— Дедушка, как же я унесу такой большой кедр? Не смогу.
— Э-эх, внучек, когда я прежде такой, как ты, молодой был, я тоже толстый кедр срубал, верхушку отделял, а потом легко, без труда домой его нес. А ты что же?
— Дедушка, попробуй — может, и сейчас ты, как в молодости, поднять кедр можешь?
Лесной старик повернулся, на дерево посмотрел, поднял его и сказал:
— Ладно, внучек, иди вперед, где чум твой, показывай.
Парень топор подобрал и домой побежал. Лесной старик от него не отставал. Подошли к чуму. Старик дерево сбросил на землю, вместе с парнем в чум вошел. Отец сказал сыну:
— Этого человека накормить надо; чем его кормить будем?
Тут самый младший сын к огню подсел. Взял в руки лук, тамар — стрелу — на тетиву поставил, лук натянул и по корню огня в очаг выстрелил. Тамар в золу, в землю ушел. В чуме все тихо сидели. Вдруг увидели — внизу костра дрожащее древко тамара появилось. Старший сын вскочил, потянул древко вверх и вытащил трехгодовалого детеныша мамонта.
— Вот и угощение гостю!
Дочка старика вскочила, схватила котел, положила в него целиком детеныша мамонта, воды налила, повесила на огонь. Все молча сидели. Сидели и ждали. Вот дочка котел сняла, мясом Мамонтова детеныша корытце деревянное наполнила и лесному старику поднесла. Лесной старик чуть-чуть поел, оставил. Старшему брату тогда поднесла — тот все съел, да еще и суп выпил. Поели. Сидят. Лесной старик тоже сидит. Тогда отец, Старик морского мыса, сказал сыновьям:
— Что же сидит гость? Поел, посидел: что еще надо?
Старший его сын встал, достал со спального места свою шапку, из шкуры зверя сшитую, надел и вышел из чума. А гость все сидит. Старик морского мыса сказал лесному старику:
— Чего же ты сидишь? Товарищ твой куда-то ушел, может быть, ждет тебя?
Лесной старик будто не слышит, сидит. Наконец поднялся, вышел из чума, к берегу пошел. Видит — берег в море мысом вытянулся. На вершине мыса семь стальных столбов стоят. На седьмом стальном столбе сидит сын Старика морского мыса. Подошел туда Лесной старик. Видит, около столбов много костей кучей набросано. Куча до неба достает. Все погибшие лесные люди — лозы. Схватился Лесной старик с сыном Старика морского мыса, стал бороться. Никто одолеть не может. Тогда Лесной старик сказал:
— Давай лучше мудростью померяемся. Полетим через море, кто из нас долетит, тот победил.
