Мы с Би направились к столику: девушка — напряжённо держась за ружьё, а я спокойно, потому что, кажется, догадываюсь, кто пожаловал.
Представительный седой мужчина лет пятидесяти в полном комплекте «боевой брони», только без шлема. Одна из «тяжёлых» версий, требует прокачки в силу. Рядом очень яркая фигуристая молодая негритянка необычной внешности — полные губы, косички, тёмная кожа и при этом неожиданно светлые голубые глаза. Обоих я уже видел — на экране своего терминала по ту сторону реальности. Внешность слегка приглажена редактором создания персонажа, но легко узнаваема — меня посетила верхушка новой администрации игры.
— Самвэл Марбас, — сказал мужчина, протягивая руку, — а это моя помощница и супруга Лилит Лерайе.
— Очень приятно, — соврал я, испытывая на самом деле неловкость.
Странное ощущение, когда реальности вот так пересекаются. Странное и, пожалуй, дискомфортное. Понимаю заядлых геймеров: в их среде любое напоминание, что вокруг игра, считается одним из самых тяжких грехов. В геймдеве периодически делают попытки «ломать четвёртую стену», но мало кому нравятся пересечения игры с реалом. Не надо отнимать у нас скромные радости эскапизма.
— Это Крутая Би, моя подруга.
— Крутая Би? Какая прелесть! Очаровательная дикарка! Это ваша реальная внешность? — ещё один категорически бестактный вопрос.
Этот Самвэл что, вообще не игрок? Нафига ему тогда игровая компания?
— В историческом смысле — да.
— В историческом? — удивился он.
— Он имеет в виду, что это реальная внешность, но не сегодняшняя, — пояснила Лилит.
— Ну, это я и сам догадался, — кивнул Марбас, разглядывая моего персонажа. — В молодости вы неплохо смотрелись. Тут у вас ничего, миленько, — он оглядел салун, — а почему эта женщина за стойкой так странно на меня косится?
— Прикидывает, не снести ли вам голову из дробовика.
— Зачем?
— Если вы вдруг захотите меня обидеть.
— Ничего себе! — захохотал Самвэл. — Это так трогательно! Лилечка, нам определённо стоит заходить иногда в игру, тут забавно!
— Вы зачем-то хотели со мной встретиться, — напомнил я.
— А, да, — успокоился он, — простите, столько впечатлений! Я, вы удивитесь, впервые вошёл в игру сам.
Я удивился.
— Да-да, я не игрок, и моя компания не имеет отношения к геймдеву. Не имела, — поправился он. — Но у нас и сейчас заинтересованность не столько игровая, сколько…
Тут Мамаша Труди принесла стейки. И нам с Би, и Самвэлу с Лилит, видимо, они тоже заказывали.
— Ещё стаканов или будете что-то другое? — она кивнула на уже стоящую на столе бутылку местного виски.
— Налить вам? — спросил меня Марбас. — Прекрасный напиток, на удивление.
Ну да, ему наверняка знакомы вкусы лучших сортов. Что-то есть в нём такое, жизнеуспешное, даже сквозь персонажа заметно.
— Не откажусь.
— Тогда за встречу! — Труди принесла нам стаканы, мы разлили и чокнулись.
Несколько минут все сосредоточенно кромсали и ели стейки. Би недовольно сопит и косится на эту парочку, они ей явно не нравятся, но молчит.
— Какое прекрасное мясо! — с удовольствием комментирует Самвэл, доев. — Начинаю понимать, что люди находят в игре.
— Вы купили игру, не понимая, что в ней находят игроки? Необычная бизнес-стратегия.
— Да, я понимаю, как это звучит, но это скорее синергия, чем диверсификация. Вы узнавали, чем мы занимаемся?
— Нейроинтерфейсами, — пожал плечами я. — Ими сейчас только ленивый не занимается.
— Мы немного другое дело. Все эти кочегары цифровых мельниц, бросающие лопатой терабайты информационного мусора в топку своих нейромолотилок, упёрлись в потолок, скормив им, наконец, всё. Затем этот Уроборос начал пожирать сам себя, когда на вход стали подавать то, что на выходе, потому что больше просто нечего.
— А вы, значит, этот потолок пробили?
— Нет, построили лестницу, — улыбнулся Самвэл. — Наша «АУРА»… Кстати, это аббревиатура, «Адаптивная Универсальная Распределённая Архитектура». Она работает совершенно иначе и отличается от типовых нейроассистентов примерно в той же степени, как игры с погружением отличаются от пиксельной графики на экране. Недавно мы выиграли тендер на её внедрение в… Неважно, давайте вернёмся к игре. Сразу скажу, мы не ставим задачу на ней заработать, для нас это планово убыточная часть более глобального проекта. Вложение в своего рода тестирование. Мы собираемся тут многое поменять. Как вам свежее обновление, кстати?
— Ещё не читал гайд, — признался я, — но уже заметил изменения в механиках. Что-то с распределением дивизума?
— Да, он становится ресурсом игры с нулевой суммой, а главное — конвертируемым ресурсом. Теперь в игре не обязательно платить за онлайн, его можно отрабатывать и даже на нём зарабатывать.
— Вы будете платить игрокам? Все, кто пробовал такую модель, потом жалели.
— Да, мы, разумеется, проводили анализ чужого опыта, но у нас другой принцип финансирования, прибыль не так важна. Сами потом прочитаете. С вами я бы хотел обсудить другой вопрос.
— Весь внимание.
— Видите ли, игра будет серьёзно меняться не только в механиках, но и в сюжетной части. Новые тренды, новые ценности, новые, я бы сказал, горизонты.