Гаврила сам подтягивает одну ее ногу выше, вторую отводит сильнее в сторону коленом. Так Поля не давит на раненный бок. Ему кажется этого достаточно…
Ощутив прикосновение головки без презерватива, с ним кажется уже чуточку хуже, но Поле хватает ума не озвучивать…
Гаврила целует ее тягуче, водя пальцами по внутренней стороне бедра, а членом – по складкам…
Поначалу кажется, что это успокаивает просто, но чем дальше – тем чувствительней…
Мужские губы опускаются. Он целует подбородок, шею, ключицы, ласкает языком ареолы и соски…
Спускаясь губами к животу и снова поднимается к груди – готовит внизу пальцами…
Впервые делает то, что раньше – ни разу. Возвращается к ее лицу, смотрит внимательно, как Поля кусает губы. А сам немного проникает пальцами в неё. Чуть-чуть совсем… Разводит стенки входа…
А для Поли – это уже невероятно остро. Она охает, распахивая глаза и прогибается…
– Больно? – Гаврила спрашивает, она мотает головой. Тесно. Действительно на боль похоже. Но нет желания остановить. Наоборот – тело само подается навстречу…
Он делает так несколько раз… Скользит по складкам, раскрывает их, растягивает…
Поля отвоевывает право втягивать в себя его язык…
Большой палец Гаврила ложится на изнывающий клитор, по кругу едет, надавливает, указательный и средний скользят по влажным губам, ныряют внутрь, расширяют…
– Это так хорошо…
Поля признается, толкаясь навстречу… Гаврила улыбается, целует щеки, уголок губ, подбородок, продолжая…
Хочет, чтобы кончила прежде, чем он войдет членом. Думает, что это – единственный шанс для нее поймать оргазм. И Поля к своему стыду не против.
Дышит часто, толкаясь навстречу. Елозя, чтобы еще острее…
– Сильнее… – Просит, зная, что вспоминать будет стыдно, но сейчас – слишком хорошо. – Ещё… Сильнее…
Каждое новое движение пальцами внутри – как впервые. На одном из, он замирает, разводит…
Поля кончает, выгнувшись и закусив губу до боли. Чувствуя, что растянувшие вход мужские пальцы мешают сокращаться. Она дугой почти, Гаврила ловит губами сосок, втягивает в себя, сосет…
Это добавляет импульсов, продолжает ощущения внизу… Она стонет, не сдержавшись…
Поле так хорошо, что плакать хочется. А еще целовать.
Она только чуть-чуть в себя приходит, как тут же тянется к нему. Целует в волосы, лоб, нос, губы…
Послушно расслабляется, чувствуя, как вместо пальцев на вход давит теплая головка…
– Я тебя люблю…
Признается в глаза. Гладит щеки…
Не именно сейчас и потому что, кончила. А вообще. Каждый его сантиметр. Каждую его улыбочку.
Ничто с ним не стыдно. Ничего для него не жалко.
– Полюшка моя сладкая…
Гаврила в губы говорит, резко толкается.
Ей больно, конечно. Пусть и смазки столько, что все бедра влажные.
Если бы он не вжал ее бедро в простыню – дернулась бы. А так…
После резкой вспышки – теснота… Катастрофическая, кажется, а такая желанная.
Жжется. Он в ней…
Замирает, в лицо смотрит. Сомнения ищет, которых нет… Поля осознает, что случилось, улыбается…
– С тобой внутри хорошо…
Шепчет, чувствуя, как на слова даже член реагирует…
Хорошо, что пришла к нему.
Божечки, как хорошо…
Гаврила начинает двигаться – Поля чувствует на каждом толчке саднящую боль и растяжение…
Ей бы кривиться и мечтать, чтобы кончилось быстрее, а она улыбается глупо…
Старается темп его поймать, подстроиться… Видит, что толкаясь навстречу – с ума его сводит…
Она не знает, как глубоко в неё ему нужно. Но хочется, чтобы с ней с первого раза было так, как ни с одной не было до неё. Он же со многими был. Она не спрашивала, но знает.
Ей хочется быть лучшей.
Он так страстно таранит, что это заразительно. Сам молчит, а Поля осознает, что с ее губ синхронно с его движениями рвутся пошлые стоны…
Внутри снова нарастает напряжение… Не такое уже, но отсутствие страха делает возможным невозможно.
Она находит в боли свое удовольствие…
– Полюшка моя…
Гаврила то же повторяет, улыбнуться заставляет…
Сжимает груди, движется размашисто… Ведет языком от них и выше, оставляя на коже влажную дорожку… Давит на подбородок…
Пьет стоны ртом…
Ему тоже больно, наверное. Но так посрать…
Толкается… Толкается… Толкается…
– Громче…
Просит…
Поля не жадничает… Чем сильнее он – тем протяжней она…
В ней снова растет оргазм, очень страшно спугнуть.
Второй раз пружину спускает резко и неожиданно. Она начинает сокращаться, плотно обхватывая замерший внутри член… Он может и дальше двигался бы, ускоряясь, да только… Чувствует. Не выходя – ещё одно движение глубже, будто до сердца старается достать.
– Блять… – Глубже. Глубже. Глубже. Замирает, извергаясь. – С-ка…
Ругается…
Поля чувствует тяжелое дыхание у себя на виске…
У него сжаты челюсти, затвердевшее тело, сиплые рваные выдохи, а Поля тянется к напряженной спине. Гладит, успокаивая…
– Так ярко, Полька… Блять… Так ярко…
Он длинно кончает в ней. А она улыбается.
Ей тоже ярко.
Запретно сладко. До слез из глаз.
Глава 17
Поля чувствует, как на её голый живот давит мужская голова. В жизни не подумала бы, что такая тяжелая…
Ее пальцы перебирают волнистые, длинноватые немного, волосы. Ноги оплетены вокруг мужской груди.
