– Понятия не имею, но он и в Арнауде жил при храме, почти не выходя за территорию. Мы с ним случайно познакомились. Я кое-что пытался вскрыть, а он подошел и сказал, что такие отмычки замки не возьмут.
– Он это на глаз определил? – девушка уже не понимала, может ли удивляться сильнее.
– Да нет… – Нокс поморщился. – Это были его замки. А дело было в храме, там у них ящик для пожертвований стоял…
– И ты решил его вскрыть?!
Нет, Джин не верила в ушедших, но так поступать бы в их храмах не стала.
– Да я уже не знал, чем заняться! Ржавчиной там покрылся! – друг махнул рукой, словно отгоняя воспоминания. – Работал же у родича за харчи и койку, вот, думаю, раздобуду деньжат – и свалю. А тут он. Ну и слово за слово… Так и начали общаться.
Девушка покачала головой.
В ее детстве Нокс, бывший на пару лет старше, выглядел настоящим героем. Этаким крутым парнем, плевавшим на все условности и умевшим залезть даже во внутренний карман «клиента».
Сейчас же героический ореол вокруг друга детства стремительно мерк. Во-первых, их прошлое больше не виделось таким уж крутым, именно поэтому меха мечтала о собственной мастерской и нормальном деле. Не бегать же всю жизнь от шестерок? Как показывают чужие примеры, в итоге такая жизнь оказывается нервной и короткой.
Во-вторых, даже если не брать этого друга со странностями… если бы Джин кто-то взял под крыло и предложил выучиться нормальной профессии – она бы не отказалась. Только те, кто взял ее под крыло, учили не мастерить, а вскрывать. Так уж сложилось.
А чтобы девушка полезла в ящик для пожертвований, у нее должно совсем резьбу сорвать. Это было как-то слишком даже по воровским понятиям!
– Давай лучше о тебе, – Нокс понял, что подруга не в восторге от услышанного. – Чем ты занималась?
– Да ты, вроде, уже достаточно узнал, – она пожала плечами. – Я по замкам и крупным кражам.
– Говорят, ты огненные кристаллы с выставки вынесла.
– Нет, – отрезала Джин. – Понятия не имею, что там за дело, но это не я.
Тех кристаллов она все равно больше не увидит, поэтому стоит максимально погасить подобные слухи.
Все-таки рыжий парик играет с ней злую шутку, делая слишком приметной. Может, пора сменить его на другой? Брюнеткой она еще не была.
– А почему сейчас вернулись из Арнауда? – поинтересовалась девушка, чтобы прервать слишком затянувшееся молчание.
Пять лет не виделись, а поговорить оказалось не о чем.
– Как-то там неспокойно стало… пару месяцев назад все наводнили шестерки и тайные и начали рыть. Уж не знаю, что они пытались найти, но мы почти сразу уехали. Мой друг сказал, что ему лучше тайным не попадаться.
– Никому лучше тайным не попадаться, – хмыкнула Джин.
Тайные даже не шестерки, они как волкодавы (к слову, тоже арнаудские) – если брали след, то больше его не теряли. Хорошо, что тайные занимались больше магией, редко трогая их брата.
Так, перекидываясь редкими фразами, они и доехали на пойманном экипаже до нужного храма, возле которого стояло большое здание, где жили послушники.
– Нам сюда, – указал на него Нокс.
Хотя Джин уже и сама догадалась.
– Кстати, нас всего четверо – вот такая небольшая компания, – развел руками Нокс.
Стоило зайти внутрь, как Джин вспомнила про «обычные пятикомнатные апартаменты» лорда Порядка в многоэтажке. Потому что если где-то что-то и было обычным, то именно здесь, в доме жрецов, послушников и прислужников. Безликие серые коридоры, вернее – белые, но скудное освещение делало все каким-то унылым и неприветливым. Чистота казалась неестественной и безжизненной – тот случай, когда неубранный мусор или паутина в углу оживили бы картину. Даже запахов почти не чувствовалось, разве что немного отдавало побелкой, и то едва уловимо.
Джин волей-неволей вспомнила ставший родным аромат железа в квартале.
Нокс постучал и, дождавшись приглашения, вошел. Девушка шагнула следом, оказавшись в узком полутемном помещении. Дверь на пружине хлопнула, заставив меху вздрогнуть, но куда больше насторожил ее человек, вполоборота стоявший у окна.
– Мы пришли, – начал Нокс. – Это Джинджер, помнишь, я тебе много о ней рассказывал…
И Джин уловила волнение в его голосе, словно Нокс побаивался своего друга. Тот прервал его жестом и медленно подошел.
Глаза мехи уже привыкли к полутьме, к тому же возле нее горел газовый рожок. Странный незнакомый мех вступил в круг света, сделал еще шаг…
И Джин резко отшатнулась, упершись в дверь.
Незнакомец был не только странным по характеру, но и внешность имел соответствующую.
Высокий и болезненно-худой. Одежда висела на нем, как на вешалке. И походка какая-то странная, словно одну ногу он подволакивал. Или не словно… точно хромал.
Он сделал последний разделявший их шаг, встав почти вплотную, и теперь Джин увидела его глаза: один голубой, другой – темной-карий, если не черный, при таком освещении и не понять.
– Здравствуй, Джинджер, – тихо произнес он, протягивая руку. – Я Риэд, и мы, наконец, познакомились.
– Наконец? – усмехнулась Джин, отвечая на рукопожатие.
– Да, Нокс много о тебе говорил, – подтвердил мех, пристально разглядывая ее.
