Наш друг человек полностью

Конец декабря 2007 года, ждали 2008 год, посвященный мерзейшему животному – крысе. По уму, надо было сесть и в стихах поздравления друзьям накатать, сесть села, а писать о крысах рука не поднимается. Не люблю я крыс; вроде как знаю, что умные и в случае вселенской катастрофы только они да еще тараканы выживут, а все равно неприятно как-то… Стала открытки на сайте выбирать, везде противная крысиная морда. Гадко.

А, была не была. И вместо крысы выбрала картинку с кошкой. Хорошая такая толстая кошка на окошке, теплый дом, мягкие гардины, елка в углу. Затащила ее в свою почтовую программу и давай рассылать по всем адресам, какие вижу. Адресов сорок задействовала, когда обратно гневные письма начали приходить: мол, что же ты делаешь, новогоднюю крысу кошкой пугаешь! Крыса сама знаешь, какая обидчивая, не ровен час…

В общем, усовестили. Перестала кошек рассылать.

Год действительно на редкость пакостный оказался, народ вокруг так и мёр. Но, что удивительно, тех, кто получил на Новый год мою кошку, злобная Шушера вроде как стороной обходила. То есть ни в их домах, ни у родственников, ни у ближайшего окружения никаких смертей или несчастных случаев не наблюдалось. Соседи по дому, коллеги по Союзу писателей, да и среди ближних – все спокойно прошло. И даже одна восьмидесятилетняя бабушка, которая уже года три как твердо помереть обещалась, с постели поднялась и ходунки себе для удобства запросила. Чудеса!

Получается, что я каким-то непостижимым образом оберег создала. Жаль, тогда меня сразу одернули, не дали полную рассылку сделать.

В 1745 году у Елизаветы, дщери Петровой, сдавали нервы из-за небывалого нашествия в столицу крыс. Что неудивительно – императрица их жутко боялась. Мало того что мерзкие грызуны уничтожали платья и портили мебель, бывали случаи, когда твари кусали людей! Последнее само по себе неприятно. А если учесть, что в то время уже знали, что крысы каким-то образом разносят заразные заболевания… б-р-р…

– Для борьбы с крысами в наших землях используют особых котов-крысоловов, – заметил ей наместник Казанского ханства, находящийся в это время в Санкт-Петербурге.

Елизавета попросила своего подданного прислать ей тридцать (по другим источникам триста) котов-крысоловов, о чем был издан указ от 24 октября 1745 года, который так и назывался: «Указ о высылке ко двору котов».

«…Сыскав в Казани здешних пород кладеных самых лучших и больших тридцать котов, удобных к ловлению мышей, прислать в С.-Петербург ко двору ея императорскаго величества с таким человеком, который бы мог за ними ходить и кормить, и отправить их, дав под них подводы и на них прогоны и на корм сколько надлежит немедленно. Того ради, по указу ея императорскаго величества и по определению генерала-лейтенанта кавалера и Казанской губернии губернатора Артемья Григорьевича Загряжскаго с товарищем, велено об оном в Казани в народе публиковать, и публиковано, и выставлены листы. И ежели кто имеет у себя таковых кладеных котов, оных бы для скорейшаго отправления, объявили в губернскую канцелярию конечно от публикования в три дни, опасаясь за необъявление, кто оных имеет, а не объявит, штрафа по указам…

Елизавета Петровна».

Неизвестно, что это была за порода; по сохранившимся сведениям, это были коты с широкими свирепыми мордами и большими лапами, предположительно дымчатого окраса. Для несения службы в императорских дворцах почему-то были выписаны только особи мужеского пола.

Добравшись до Санкт-Петербурга, коты-крысоловы были распределены во все страдающие от обилия крыс дворцы.

Считается, что все эти животные были кастрированы, но последнее маловероятно. Всем ведь понятно, что проблема с грызунами не относилась к разряду пустяковых, поэтому было особенно важно, чтобы ценные экземпляры обязательно дали потомство в Санкт-Петербурге.