Так вот, когда Янина пришла на пробы, на ней были туфли на высоких каблуках и деловой костюмчик – все-таки профессиональная актриса пришла на работу устраиваться, а не дурака валять.
Потом, поняв, чего от нее ждут, она смыла косметику, сделала пару хвостиков и превратилась в озорную Леночку. Всем очень понравилось, а маленький полосатый Васенька в нее просто влюбился. Все время ходил хвостиком: куда Жеймо, туда и он.
– Постарайся побольше общаться с детьми, наберись от них детскости, – объяснял задачу режиссер.
– Еще как наберусь, только вы меня не выдайте, – усмехнулась Янина Болеславовна и на следующий день, когда проходили пробы детей, оделась как в кадре и все время общалась то с одним, то с другим. При этом она была настолько убедительной, что дети не разгадали, что на самом деле перед ними взрослая тетя, и только маленький котенок Васенька, который детей как огня боялся – они его тискали, баюкали, повязывали на шею бантики, в общем, всячески сковывали его кошачью свободу, – этот самый Васенька упорно лез на руки Янины, не желая принимать такого ее омоложения и реально рискуя испортить актрисе ее инкогнито. Так что в конце концов Жеймо пришлось на время съемок забрать влюбленного кота домой. К тому времени он уже отыграл в своих кадрах. Дома Васенька провожал свою любимую Жеймо на работу и радостно встречал ее со съемок.
Казалось, никто уже не выдаст хитрости Жеймо и она сумеет доиграть роль и в кадре, и за кадром, ни разу не проколовшись. Но неожиданно для всех это сделала ее четырехлетняя дочка.
Снимали сцену: дети ждут вечно опаздывающую Леночку и радуются, когда та наконец приходит. Все кричат: «Леночка! Леночка пришла!» Конечно, фильм немой, и зритель ничего не слышит, только видит, как дети раскрывают рты, а на экране появляются титры. В тот день, когда все дети дружно закричали: «Леночка! Леночка пришла!», дочка Жеймо тоже закричала: «Мамочка пришла!»
Устами младенца, как говорится… Жеймо пришлось просить у детей прощения за обман.
Вы спросите: а как же котенок Васенька? Неужели Жеймо разбила его кошачье сердечко, по окончании съемок вернув малыша на киностудию? Нет! Василий так и остался в семье Жеймо, и вырос он большим-пребольшим. А большие коты никого не боятся, даже маленьких детей. Василий (или теперь уже Василище) всегда защищал своих маленьких хозяек, своих любимых Жеймовочек.
Вот такая история.
Собака будет хвалить вас, но вы должны хвалить кошку.
Когда Михаил Афанасьевич был женат вторым браком на Любови Белозерской, в его жизни появилась белая кошка Мука́. Жили они в ту пору в двух комнатах коммунальной квартиры в особняке в Малом Лёвшинском переулке в Москве. Белозерская слыла истинной кошатницей, буквально не могла пройти мимо мирно отдыхающей кошки, чтобы не погладить ее или не переброситься парой слов.
Муке разрешалось лежать на столе писателя, и он даже не пытался согнать ее во время работы, лишь время от времени отодвигая вдруг оказавшийся на его тетради хвост или подсовывая под снежно-белый бок бумаги.
Друзья Булгакова поговаривали, что на самом деле Михаил Афанасьевич не любит кошку и даже никогда не берет ее на руки, но перед кошачьими родами именно Булгаков, забросив все свои дела, часами сидел в обнимку со страдающей Мукой, ласково массируя ее раздувшийся животик.
Из Лёвшинского переулка семья перебралась в бывший особняк купцов Решетниковых, на Большую Пироговскую улицу, в дом 35а; естественно, забрали с собой и любимую кошку.
Первый котенок Муки получил громкое имя Аншлаг в честь театральных успехов Булгакова. Но Михаил Афанасьевич подарил малыша друзьям, а новые его хозяева переименовали малыша в Зюньку; второй котенок жил с Валентином Катаевым, с которым Булгаков в то время дружил. Третий – Утюн – остался в семье Булгаковых и, переехав летом на дачу вместе с Михаилом Афанасьевичем, писал Любови Белозерской длинные письма, в которых рассказывал о своем житье-бытье.
Одно из таких писем, адресованных «маме», было продано аукционным домом «Литфонд» 24 сентября 2016 года за 550 000 рублей.
