Аппетит совершенно исчез; я съедаю всего один кусочек, чтобы не валиться с ног от слабости, и ставлю коробку в холодильник. Затем бесшумно прокрадываюсь наверх, забиваюсь в гостевую комнату и молюсь, чтобы завтра Эзра встал с той ноги. Потому что между нами пролегают уже не многие миры; нет, между нами пролегает целый океан. И я не уверена, что посреди безбрежного океана мы когда-нибудь сумеем встретиться.
В начале шестого утра я приказываю умному дому включить свет и раздвинуть шторы – все равно не сплю.
– Доброе утро! Желаю прекрасного начала дня! – выполнив задание, произносит Алекса механическим голосом; затем подмигивает светодиодами и возвращается в дежурный режим. Колонку запрограммировал Льюис. Он нашел забавным, когда после указания раздвинуть шторы автоматически проигрывается песня «С добрым утром, солнышко» группы
Комично осознавать, что в соседней комнате за разрисованной пестрыми зубцами стеной находится Эми. Я постоянно спрашивал себя: спит ли она сейчас или вслушивается в шелест ветвей на ветру? Или в другие звуки. Контейнеровозы, направляющиеся в гавань, вынуждают снующие туда-сюда рыбацкие лодки сигналить так громко, что звук разносится на много миль.
А еще я задавался вопросом: знает ли девушка, что я сам себя ненавижу не меньше, чем она меня…
Я привык жить в доме один и чувствовать, что я один. Мне нравится быть одному и не притворяться, будто я в восторге от того, что у Льюиса солнце встало. Знать, что в доме кто-то есть, и тем не менее чувствовать, что ты один – в определенном смысле нонсенс. Однако… к Эми это ни в коем случае не относится. Она не то, что я ожидал. А вернее, даже полная противоположность. По меньшей мере я так полагаю. Я не могу судить эту девушку на основании того, что она делает или говорит. Что прячет за фасадом, на котором написано «все хорошо». И от этого ее присутствие еще неприятнее. Ее самообладание буквально пожирает мою волю. Вопреки ожиданиям, девушка не показывает ранимость, когда выходит из терпения, а взрывается подобно бомбе. Неудивительно, что она своими манерами вызывает у людей раздражение. У людей, имеющих долю в «Санди Сан». Например, у жены советника Уолби и ее семейной империи. Знает ли об этом Эми?
И чем только думал Льюис, когда поселил у меня девушку, фото которой теперь украшает первые страницы газет наряду с моими исчезнувшими часами? Льюис не хотел привлекать внимание, хотел покончить с маленькой бурей, – а проблема выросла до урагана. Вот и погода того же мнения – ветер вздымает свинцовые волны, которые разбиваются о берег, затем откатывают назад и снова вырастают.
Наверное, стоило и Льюису предложить остаться на ночь? По крайней мере вчерашний вечер не пошел бы наперекосяк. А теперь я не знаю, как мы с Эми должны себя вести, как делать вид, будто ничего не было, да еще и работать вместе над проектом – на тему любви! Отвратительная ситуация. Я с горечью усмехаюсь, достаю из гардеробной спортивные брюки и иду в ванную.
Тем временем снаружи неторопливо встает солнце. Новембер-Бэй лежит на западном берегу, и хотя солнце поднимается из-за скалистого хребта, а не из моря, Тихий океан окрашивается в нежно-персиковые и розовые цвета, сквозь которые пробивается белая пена. Идеальная погода для серфинга. Я было подумываю отправиться скользить по волнам, когда замечаю из окна ванной черно-белую точку, целеустремленно шагающую через террасу к бассейну.
– Она издевается… – шепчу я, когда Эми через голову сбрасывает худи – мое худи! – и располагается в одном из шезлонгов. Под одеждой у нее купальник.
Может, Льюису зарегистрировать мое жилище на сервисе
Вообще-то лучший вариант – серфинг. Чтобы мыслить яснее, я каждый день начинаю со спорта. Но сегодня из дома выходить не тянет. Эми разлеглась в шезлонге и ждет, пока солнце окончательно не покажется из-за холма, – какие тут ясные мысли! Теоретически я мог бы воспользоваться боковым выходом и направиться к горам, однако не успеваю я достать подходящую обувь, как из облаков, которые выглядят все менее безобидно, начинает моросить дождь. Впрочем, какая мне разница? Лучше промокнуть на улице от дождя, чем в подвале на беговой дорожке от пота. Тем более что жизнь все чаще кажется мне беговой дорожкой. Топтание на месте и никакого прогресса.
Поскольку Эми еще не прогнала непогода, я перемещаюсь из кухни в гостиную, откуда бассейн просматривается лучше. Обшариваю взглядом шезлонги и деревянный настил… Эми не нахожу. А‐а, она уже сидит на лужайке у самого берега и смотрит на воду, где дождевые капли образуют на поверхности узоры из пересекающихся кругов.
