Как черная молния ворон сорвался с ветки. Но до мячика ему не было дела. Ворон спикировал на голову Тары. Меня обдало волной воздуха, по щеке вскользь, хлестко ударило жесткое крыло. Я отшатнулась. Тара вскрикнула и присела.
Ворон тут же поднялся в воздух и принялся кружить над нами.
– Он меня поцарапал! – скорее с недоумением, нежели с испугом сказала Тара.
Отняла руку от щеки и уставилась на ладонь – там алела размазанная капля.
– Кровь?! – удивилась Тара.
– Он разодрал тебе щеку! Наверняка останется шрам, как у магистра Шторма. Какой кошмар, ты теперь будешь уродиной! – взвизгнула Барбара.
Девушки сбились в кучу и опасливо смотрели то на ворон, то на нас.
– Там лишь крохотная царапина, – я послала Барбаре сердитый взгляд. – Нужно ее обработать.
Тара всхлипнула, прижала к щеке платок.
– Чего это он? Я же только хотела поиграть. – обиженно протянула она.
Я потянула ее за рукав. Мои инстинкты вопили: бежать, скорее бежать! Происходит что-то жуткое, и это лишь начало, дальше будет хуже.
Но не успели мы сделать и пары шагов, как мир вокруг сошел с ума.
Дракорон вытянул шею, поднял клюв к небу – словно принюхался. Вздрогнул, издал жуткое призывное карканье. С деревьев посыпались с шелестящим шумом черные птицы.
Они атаковали нас все разом. На каждую девушку приходилось два-три ворона.
Птицы били крыльями, драли когтями, наносили удары клювами. Девушки закрывали лица руками, метались, визжали! От страха не соображали, куда бежать, да и сложно разглядеть дорогу вслепую – глаза приходилось защищать в первую очередь.
Меня сильно ударило в затылок, острые когти скользнули по плечу. Я развернулась и не глядя стукнула птицу кулаком, но рука рассекла лишь воздух.
Ворон вцепился в пышные волосы Тары, она замотала головой, пошатнулась и упала. Ворон тут же взлетел и торжествующе каркнул.
– Вставай! – я потянула ее за плечи. – Уходим, скорее!
К нам уже бежали наставники. Розга перепрыгивала через корни, путаясь в юбке. Ей в лицо ударил обезумевший, крылатый ком перьев.
Розга не растерялась: сцапала ворона за крыло и отшвырнула, но ей в пучок на затылке впился когтями второй, она споткнулась и растянулась на листьях. Вероятно, ударилась головой и потеряла сознание, потому что больше не шевелилась.
Кабриоль, охая и стеная, бросился ее поднимать. Перед ним упал с неба сам вожак стаи – дракорон.
О, теперь он куда больше походил на дракона, чем на ворона! Перья вздыбились так, что птица напоминала утыканный черными шипами крылатый снаряд. Когти удлинились в два раза, глаза горели безумным огнем. Дракорон открыл клюв, его горло налилось красным – а потом он изверг длинную струю пламени в лицо Кабриолю!
Тот взвизгнул, отскочил и принялся яростно бить себя по щекам, чтобы затушить затлевшие усы. Бешено вращая глазами, учитель танцев бросился наутек, выделывая такие коленца, что и горный козел бы позавидовал.
Дракорон же вновь поднялся в воздух, выбирая жертву. Мы с Тарой оказались к нему ближе всех.
Не думая, я схватила с земли длинную ветку и начала ей размахивать. Но пока отгоняла дракорона, сзади на меня налетел другой ворон и пребольно клюнул между лопаток.
– Используй магию, дура! – крикнула Адриана. – «Воздушный водоворот»!
Она выбросила вперед руку, сжала пальцы и сильно их распрямила. Дракорона мигом закрутило в воздухе, как щепку в водовороте, и отбросило фута на два. Однако он ловко вышел из воздушного потока и взмыл к небу.
Стая кружила над поляной, как черный смерч. Воронов было не больше двух дюжин, но казалось – не меньше сотни, такой гвалт и шум они подняли. После атаки Адри поток изменил направление, сгруппировался, и птицы пикировали вниз.
Девушки в панике носились по полянке. Вороны разгоняли их в разные стороны, налетали, царапали, клевали в макушки.
– Кто-нибудь, помогите! – пронзительно кричала Лиза.
Прежде всего помощь требовалась нам с Тарой, потому что отчего-то именно она стала главной целью свихнувшихся птичек. Дракорон пришел в себя, карканьем призвал поддержку и на нас нацелились сразу шесть воронов. Два запустили когти в кудряшки Тары и, сильно хлопая крыльями, потащили ее в сторонку. Подруга семенила, размахивала руками и выла от боли.
От этого зрелища на меня накатила такая ярость, что волна магии родилась сама собой. Я выбросила обе руки вперед и выпустила магию – и даже не сообразила в первый момент, какое заклинание при этом использовала.
Над поляной вспыхнул ослепительный фейерверк. Красные, синие, желтые и зеленые искры рассыпались дюжиной фонтанов, как на королевском празднике. Только вторило этой красоте не уханье петард, а хриплые вопли воронов.
Во все стороны полетели перья, запахло паленым, от черных тел повалил едкий дым. Куча сухих листьев под деревом занялась огнем, а клумба у сторожки почернела, как после заморозков.
– Это что, «Конфетти»? – изумилась Адри. – Ну ты даешь!
Мне не было времени удивляться – я воспользовалась растерянностью воронов, которых с поляны как ветром сдуло, и бросилась к Таре. Но дочь солдата и сама сообразила, что пора удирать.