Разбираю дела по работе. Сегодня рассматривается несколько исков. Я впервые задумываюсь, что, по сути, стою на месте в развитии. Я достиг всего в знаниях, навыках, что можно было в этой должности. Да, карьерный рост возможен, но денежно это кардинально не изменится. А мне надо содержать жену и троих детей. Денег нужно гораздо больше.
Cнова погружаюсь в рабочую суматоху, пропускаю важный звонок от Александра, поэтому перезваниваю ему только, когда еду к Саше вечером.
Это самое лучшее время, где я могу отдохнуть. И где маленький ребенок перетягивает на себя все внимание.
– Юрий Александрович, есть для вас информация.
– Да, слушаю, – отвечаю Александру.
– Я сам в шоке. Не каждый день узнаешь что-то о тех, кого лично знаешь.
– Что вы узнали?
– Это по Варваре.
Я выдыхаю, заранее успокаиваясь. Все хорошо. Все так, как должно быть.
– И что по Варваре?
– В общем, мой человек чудом нашел один журнал. Там поленились переписывать несколько листов, чтобы изменить данные начисто. Решили, что никто никогда не будет искать. Он искал всех с фамилией Комаров-Комарова.
– И?
– Я вам пришлю сейчас. В одном из журналов есть запись. Она ручкой зачёркнута, но не аккуратно. То, что под ручкой можно разобрать. Сами увидите, я вам сейчас пришлю. Там указана девочка. Комарова Алена Евгеньевна. Это дочка того лаборанта, а сверху зачеркнуто и подписано, Озерова Варвара Александровна.
– Дата рождения?
– Пятое ноября.
Ох-ре-неть. Это Варя. Варя – не родной их ребенок. Ее удочерили.
Егор как я. У нас с Варей разница в шесть лет, значит, Егору было лет восемь-девять, когда они ее удочерили. Значит, он точно помнит этот момент и знает, что она ему не родная сестра.
Сейчас эта его гиперопека Вари вылазит вся наружу. Он знает, конечно, он всегда ее защищал. Они были на похоронах. Теперь я даже не сомневаюсь в этом. Теперь я точно уверен, что на похоронах были они. А вот знает ли Варя? Я никогда не слышал, чтобы они об этом говорили.
А если она не знает? Маленькая была. От нее скрыли. Мне сейчас надо правду рассказать, чтобы Вика нашла свою сестру. Но Варя мне дороже. Я ее полжизни знаю, она мне как сестра младшая. Егор, его родители… Я не могу. Но и Вике вроде как тоже обещал помочь. Попал так попал.
Я рассматриваю присланные копии документов. Сомнений нет. Там отчетливо видна надпись Озерова Варвара Александровна. Мои худшие предположения оправдались.
И что делать? Когда это не касается твоих знакомых и друзей проще, конечно. А тут. Я ни с Егором не могу поговорить, ни с Варей, ни с Викой тем более.
Хотя нет. Один человек все же есть. Моя жена.
Я обнимаю Сашу. Наконец-то настал тот момент, когда она принимает это. Не отталкивает, не ищет причин сбежать или ужалить. Вся моя и не скрывает этого.
Я сжимаю ее в руках еще крепче. Отрываю от земли. Саша полушепотом ахает и улыбается.
Чтобы только не потерять это все, я готов отдать многое. Саша также крепко обнимает меня за шею. Такая мягкая, нежная. Мне этого весь день не хватало. И, если до этого все мысли беспокойно кружились в голове, то сейчас все проблемы и дела будто отошли на второй план и стало спокойно и хорошо.
Как-то все разрулится.
– Я скучал, – шепчу в шею.
Слова вырываются сами. Какие-то неведомые процессы выбирают все, что живет внутри меня, и выдают так коротко и емко “я скучал”.
– Я тоже. – Саша тихо отвечает и прижимается крепче. Это настолько настоящие слова, настолько отражают все, что я чувствую, что я сам не верю. Кажется, мне не надо иногда думать. Просто говорить и тогда получится самое искреннее, что можно сказать.
Нахожу ее губы. Они ждут меня. Пересохли. Но горячие и такие вкусные.
Стягиваю волосы на затылке, веду по шее. Языком чувствую, как пульсирует ее кожа, ощущаю, что она всем телом словно впечатывается в меня.
Но Саша тормозит первой.
– Врач сказал, никакого секса минимум месяц, а я как тебя увижу, с ума схожу.
– Подождем, – успокаиваю ее. Хотя в этом вопросе, конечно, я скучал еще больше.
– Да, – соглашается, хоть и не радостно. – Ты, наверное, есть хочешь?
Хочу, но не ее же объедать.
– Может, сбегаю, в кафе что-нибудь поем.
– Твоя мама сегодня приходила, передала тебе драников.
– Да ладно… Правда?
– Да, я чуть-чуть съела, но тебе оставила. Знаю, что ты любишь.
– Спасибо, – Целую ее в щеку.
В кроватке начинает кряхтеть наша Анечка.
– Я подойду к ней, – киваю Саше.
– Я тогда разогрею тебе ужин, раз она проснулась.
Пока Саша занимается едой, я беру на руки нашу малышку. Кажется, что Аня чуть-чуть потяжелела. Смотрит на меня, вокруг. Такая крошечная, что страшно сделать ей больно. Ей еще столько всего предстоит узнать и многому научиться. А я уже представляю, что буду видеть как она растет.
– Привет, я папа, – усмехаюсь ей.
За спиной щелкает микроволновка.
От резкого звука Аня надувает губки, начинает часто дышать и наконец открывает ротик и громко кричит.
– Юр, иди, ешь, – комната наполняется ароматом жареных блинов так аппетитно, что невольно начинает скапливаться слюна. Я старательно качаю свою дочку, чтобы успокоить немного.
– Тшшш, – Саша подходит и забирает нашу самую старшую малышку.
– Это я ее напугал?
