— Клянусь тебе! Прикинь, это я — отмороженная стервоза. А море девчонок, которые это услышали? Тебя сто процентов ищут уже продюсеры! Но ты помнишь, что ни с кем ничего не подписываешь, пока не разведешься? Да?
— Да не собираюсь я ничего подписывать… И никто меня не найдет. И вообще, я стесняюсь…
— Что-то ты не стеснялась, когда мы только встретились, — язвит Ира, — помнишь, как мы зал тогда качнули?
Киваю. Помню. И как зал качали. И как на меня смотрели Лешка с Игнатом тогда… И что потом делали со мной…
Непроизвольно на глаза слезы наворачиваются.
Так жалко себя, ту, нежную и наивную. Уверенную, что все хорошо.
Что весь мир — под ногами. Что любят меня до безумия.
И любви своей первой жалко.
Закончив разговор с Ириной, делаю то, что обещала, выкладываю в свой канал новую запись с песней.
Заодно захожу на канал Ирины, ужасаюсь и восхищаюсь количеству лайков под той песней, что я ей написала до этого. Слушаю ее… Ох, мощно. Тут явно дело не в моем тексте, он, кстати, довольно посредственный, а в музыке парня, с которым мы работаем на постоянной основе, Пашки Волоскова, Пашика. Ну, и в голосе самой Иры, который лег на эту музыку невероятно красиво и стильно.
Клянусь, у нее сейчас голос и исполнение лучше, чем в те времена, когда она только-только начинала, была звездочкой, которую выцепил на просторах интернета продюсер.
И вот, кстати, тоже пример того, как можно резко поменять сферу деятельности. Верней, не поменять, а… Гнуть свою линию, что ли.
Ирина Арно, та самая звездочка, с которой мне когда-то довелось выступать на одной сцене, тоже многое видела. И, пожалуй, покруче у нее были виражи, чем у меня.
У меня-то что?
Родители, их предательство, первая бешеная любовь и ее предательство. Такое у многих бывает, да.
Многих ломает.
Меня тоже сломало. Немного. Поменяло.
А вот Ира…
Она из такой дыры, по сравнению с которой мой город — верх цивилизованности. Из доступных развлечений там только интернет и был. Может, даже проводной, не удивлюсь.
И она развлекалась тем, что пела песни под гитару.
И неожиданно, как в сказке про золушку, одно из ее видео завирусилось, к ней побежали подписчики, стали распространять ее песни по сети… А дальше ей написал продюсер из Москвы.
И Ира поехала покорять столицу.
И покорила.
Вот только не учла, что за все в жизни надо платить. И ей тоже пришлось платить.
Когда она рассказывала мне про столичные вечеринки богатеев, куда таких, как она, начинающих звездочек, привозили, словно кильку на закуску алкашне, волосы дыбом вставали буквально.
И отказаться Ира не могла, просто потому, что подписан контракт. И за любой шаг в сторону — жесткое наказание. И гигантских размеров неустойка.
Она не сразу поняла, куда попала. И как.
А когда поняла…
Ну что делать?
Сцепила зубы, подчинялась.
И готовила отходной путь.
Потихоньку, постепенно.
О том времени Ира рассказывать не любит, и я ее понимаю. У меня самой много вот таких белых пятен, которые не хочется ничем заполнять.
В подробности ее ухода от продюсера Ира меня тоже не посвящала, я не застала и самый финал, окончательный разрыв, потерю сценического имени и всех контрактов. Как она вывернулась от неустойки, я не знаю.
Но вывернулась.
И начала все с нуля.
И через два года, когда отгремел скандал, все затихло, Ира снова появилась на небосклоне, засияв еще ярче, чем до этого. Уже не как Ирина Арно, а как Ирина Арри.
Я увидела ее в сети чисто случайно, узнала, удивилась… И написала короткую СМС на номер, который она мне когда-то дала. Без надежды на ответ, просто нахлынуло что-то. Вспомнила, как мы пели с ней дуэтом, как сияли глаза тех, кто говорил, что любит меня… И как я себя чувствовала. Самой любимой и самой счастливой.
Мир вокруг был безрадостным в тот момент. Тошка снова пытался перевести наши фиктивные отношения в настоящие, обновил потерянное мною кольцо, сильно усердствовал, так, как он умеет, по-тихому, но жестко давя на вину и ответственность… И на контрасте этот ролик и эти воспоминания.
