Отбежал подальше и теперь старательно делал вид, будто без него строящаяся карусель просто развалится. Пришлось догонять. А, догнав, сделаться ещё ласковей:
— Поди-ка сюда!
— Ага! — браво гаркнул паршивец и вновь попытался смыться.
— Тебя притащить?! — помог хозяйке командир её личной гвардии.
Бабай вынырнул из-за спин мужиков, норовящих затереть бедолагу промеж себя. Ибо сей мученик шёл принимать крест за весь обласканный им народ.
— Это что? — ласково осведомилась помещица, ткнув пальцем в большой новенький пятистенок с широкими дверями.
Что высился прямо в сердце намеченной деревни — на свежих досках ещё смола не высохла.
— Что за культурно-массовое заведение?
— Привезли же, — вытаращился Бабай, изображая дурачка. — Всё, что по твоему велению привезли, мы и строим. Со всей старательностью.
— Тебе же приказали: пока никаких кабаков, — размышляла Маняша: стоит ли его наказывать, или простить на первый раз?
Как не крути, мужик волок на себе весь груз обустройства народа. И делал это выше всех похвал.
— Ты мне точно ничего не приказывала, — таки нашёлся глава, отважно выпятив пузо. — А других хозяев у меня нет, — покосился смельчак на возвышавшегося командира и осторожненько отодвинулся.
— Увижу валяющуюся по деревне пьянь, выпорю, — пригрозила Маняша, стараясь не улыбаться.
— Я их сам выпорю! — возмутился Бабай. — Пускай только попробуют! Нам до зимы столько успеть надо, что я таких бесчинств не потерплю. Благо, хоть работников прибавилось.
— Каких работников? — не поняла Маняша.
— Так почти три десятка наших бренов твои бесы притащили. Из покраденных. Вернули горемык из рабства. Вон, твой киборг и приволок, — кивнул он в сторону кузницы. — Как только вы на юг унеслись. Зерно-то хоть будет? — с какой-то тоскливой надеждой просипел человек, знавший цену голодной смерти.
— Будет, — с полным правом твёрдо заверила ответственная радетельница за свой народ. — И в достатке. А так же овощи и даже фрукты. Сахар привезли?
— Целую гору, — от радости чуть ли не приплясывал Бабай.
— Варенье варить надо, — тоном искушённой в хозяйстве бабы велела Маняша. — На зиму.
— Давай, — обрадовался Бабай.
— Что?
— Навык, — пошевелил он в нетерпении пальцами.
Маняша с такой же тоской посмотрела на горизонт — у него-то всё было в порядке. А вот одна пустоголовая гусыня всё никак не уразумеет: варенье состоит не только из фруктов с сахаром.
— Будет, — пришёл Батя на помощь хозяйке.
— Забыли, — обрадовался Бабай, что с его косяков разговор перепрыгнул на чужие.
— Забыла, — честно призналась Маняша. — но, исправлюсь. Батя, сгоняем на материк?
— Приказывай, — пожал тот плечами.
Дескать, нам гусарам, что водка, что пулемёт — лишь бы с ног валило.
— А карусель получается просто отличная, — наконец, смогла она вернуться к тому, что сердцу всего милей.
Да, Жора знал толк в развитии поселений. Карусель прислал не самую крутую, зато красивую. С приводом от колеса, куда запрягут быка. С разноцветным весёленьким верхом. С конями, оленями, рыбами и прочей фауной, на которую толпящиеся рядом детишки смотрели жадными глазёнками.
— Школу бы, — аккуратно намекнул Бабай, косясь на хозяйку выпученным глазом.
— Точно, — с досадой поддакнула Маняша. — Совсем из головы вон.
— И каланчу пожарную, — осмелел староста. — А то ж уже дважды начинали гореть. Грозы. Куда от них денешься?
Она посмотрела на Батю и спросила:
— Это же никогда не закончится?
— Ещё не начиналось, — не упустил тот случая наподдать по психике. — Потом всё понастроенное улучшать возьмёшься. Городок расширять. Порт строить. Корабли…
— Умеешь ты… — прошипела гневливая дворянка, однако на полноценные гонения секундной злости не хватило. — Ладно. Список готовь, кровопийца, — сделала она старосте зверскую рожу.
— Вот, — достал тот из-за пазухи мятый листок.
С видом человека, бьющегося насмерть за хозяйские интересы. После чего с достоинством удалился под одобрительные взгляды поселян. Те были удовлетворены развязкой: боярыня таки не пришибла их отчаянного главу.
— В кабак заглянуть не хочешь? — осведомилась та у своего цербера.
— Нет, — вполне равнодушно отказался Батя.
— А ребята где? — спохватилась она, оглядываясь. — Уже на охоте?
— В кабаке, — пожал он плечами. — Мораль восстанавливают.
— Тоже надо, — согласилась Маняша. — Ну, раз твоя мораль в порядке, давай-ка отойдём. И полюбуемся на нашу дополнительную находку.
Они побрели обратно к берегу, старательно отвечая на приветствие сновавшего народа. Сели у самой кромки воды, и Маняша достала серебристый квадратик.
Инструкция. Тип: носитель информации. Класс: легендарный. Функциональность: содержит регламент поэтапного расконсервирования особо секретного военного объекта, созданного до апокалипсиса. Материал: иридиевый сплав. Прочность: десять из десяти. Ограничения по уровню: 180.
— Что скажешь?
