Подъезжая к городу, путешественник увидел сначала на вершине каменной горы огромный и возвышенный зиккурат, поднимающийся по семи ступеням из сверкающей эмали на высоту 650 футов, увенчанный святилищем с массивным столом из чистого золота и богато украшенным ложем, на котором каждую ночь спала какая-нибудь женщина в ожидании благоволения бога.22 Это сооружение, более высокое, чем пирамиды Египта, и превосходящее по высоте все современные здания, вероятно, было «Вавилонской башней» из гебраистского мифа, многократно превозносимой дерзостью народа, который не знал Яхве, и которого Бог Воинств, как предполагалось, сбил с толку множеством языков.* К югу от зиккурата возвышался гигантский храм Мардука, повелителя вавилонского божества. Вокруг и под этим храмом город раскинулся на нескольких широких и блестящих проспектах, пересеченных переполненными каналами и узкими извилистыми улочками, оживленными, без сомнения, движением и базарами, и по-восточному пахнущими мусором и людьми. Храмы соединял просторный «Священный путь», вымощенный асфальтовым кирпичом, покрытым флажками из известняка и красной брекчии; по нему боги могли проходить, не пачкая ног. Широкий проспект был обрамлен стенами из цветной плитки, на которых рельефно выделялись сто двадцать ярких эмалированных львов, рыкающих, чтобы отпугнуть нечестивцев. В одном конце Священного пути возвышались великолепные ворота Иштар, массивный двойной портал из великолепной плитки, украшенный эмалевыми цветами и животными восхитительного цвета, живости и линий.†
В шестистах ярдах к северу от «Вавилонской башни» возвышался курган Каср, на котором Навуходоносор построил самый внушительный из своих дворцов. В центре кургана стояло его главное жилище, стены которого были выложены из тонко обработанного желтого кирпича, а полы — из белого и пестрого песчаника; поверхности украшали рельефы из яркой голубой глазури, а вход охраняли гигантские базальтовые львы. Рядом, опираясь на череду наложенных друг на друга круговых колоннад, располагались знаменитые Висячие сады, которые греки включили в число семи чудес света. Галантный Навуходоносор построил их для одной из своих жен, дочери Киаксара, царя медов; эта принцесса, не привыкшая к жаркому солнцу и пыли Вавилона, тосковала по зелени родных холмов. Самая верхняя терраса была покрыта богатой почвой на много футов в глубину, обеспечивая место и питание не только для разнообразных цветов и растений, но и для самых больших и глубоко укоренившихся деревьев. Гидравлические двигатели, спрятанные в колоннах и обслуживаемые сменами рабов, подавали воду из Евфрата на самый верхний ярус садов.24 Здесь, на высоте семидесяти пяти футов над землей, в прохладной тени высоких деревьев, в окружении экзотических кустарников и благоухающих цветов, дамы царского гарема прогуливались, защищенные от посторонних глаз; а на равнинах и улицах внизу простые мужчины и женщины пахали, ткали, строили, носили тяжести и воспроизводили свой род.
Часть страны все еще оставалась дикой и опасной; в густой траве бродили змеи, а цари Вавилонии и Ассирии сделали своим королевским развлечением охоту в рукопашную на львов, которые бродили по лесу, спокойно позировали художникам, но пугливо убегали при приближении людей. Цивилизация — это случайный и временный перерыв в жизни джунглей.
Большая часть земли обрабатывалась арендаторами или рабами, часть — крестьянами-собственниками.25 В более ранние века землю разбивали каменными мотыгами, как при неолитической обработке; печать, датируемая примерно 1400 г. до н. э., является самым ранним изображением плуга в Вавилонии. Вероятно, это древнее и почетное орудие уже имело долгую историю в Стране между реками; и все же оно было достаточно современным, ибо, хотя его запрягали волы, как у наших отцов, к плугу, как в Шумерии, была прикреплена трубка, через которую сеяли семена, как у наших детей.26 Водам поднимающихся рек не позволяли затоплять землю, как в Египте; напротив, каждая ферма была защищена от затопления земляными грядами, некоторые из которых можно увидеть и сегодня. Стоки направлялись в сложную сеть каналов, либо накапливались в резервуарах, из которых по мере необходимости выливались на поля, либо поднимались над грядами с помощью шадуфов — ведер, поднимаемых и опускаемых на вращающемся шесте. Навуходоносор отличился тем, что построил множество каналов и собрал излишки воды в водохранилище, сто сорок миль в окружности, которое питало своими стоками огромные пространства земли.27 Руины этих каналов можно увидеть в Месопотамии и сегодня, а в долинах Евфрата и Луары до сих пор используется примитивный шадуф, как бы еще больше связывающий живых и мертвых.28
