Политая таким образом, земля дала урожай зерновых и бобовых, огромные сады фруктов и орехов, и прежде всего финика; из этого благотворного соединения солнца и почвы вавилоняне делали хлеб, мед, пироги и другие лакомства; они смешивали его с мукой, чтобы получить одну из самых необходимых продуктов питания; а чтобы стимулировать его размножение, они встряхивали цветы мужской пальмы над цветами женской.29 Из Месопотамии виноград и олива попали в Грецию и Рим, а затем в Западную Европу; из соседней Персии появился персик, а с берегов Черного моря Лукулл привез в Рим вишневое дерево. Молоко, столь редкое на далеком Востоке, теперь стало одним из основных продуктов питания на Ближнем Востоке. Мясо было редким и дорогим, но рыба из больших рек попадала в самые бедные рты. А вечером, когда крестьянина могли потревожить мысли о жизни и смерти, он успокаивал память и предвкушение вином, выжатым из фиников, или пивом, сваренным из кукурузы.
Тем временем другие исследовали землю, добывали нефть, медь, свинец, железо, серебро и золото. Страбон рассказывает, как из почвы Месопотамии тогда, как и сейчас, извлекали то, что он называет «нафта или жидкий асфальт», и как Александр, услышав, что это некая вода, которая горит, недоверчиво проверил это сообщение, обмазав мальчика странной жидкостью и поджег его факелом.30 Орудия труда, которые во времена Хаммурапи были еще каменными, на рубеже последнего тысячелетия до нашей эры стали делать из бронзы, затем из железа; появилось искусство литья металла. Из хлопка и шерсти стали ткать ткани; ткани красили и вышивали с таким мастерством, что эти ткани стали одним из самых ценных товаров Вавилонии, воспетых до небес писателями Греции и Рима.31 Как бы далеко мы ни заходили в месопотамскую историю, мы находим ткацкий станок и гончарный круг; это были почти единственные машины. Здания в основном строились из саманной глины, смешанной с соломой; или же кирпичи, еще мягкие и влажные, клали один на другой и давали им высохнуть, превращая в прочную стену, сцементированную солнцем. Было замечено, что кирпичи в камине становились тверже и прочнее, чем те, которые обжигало солнце; процесс их закалки в печах стал естественным развитием, и с тех пор изготовление кирпичей в Вавилоне не прекращалось. Профессии множились, становились разнообразными и квалифицированными, и уже при Хаммурапи промышленность была организована в гильдии (называемые «племенами»), состоящие из мастеров и подмастерьев.32
При местной транспортировке использовались колесные тележки, запряженные пациентами.33 Лошадь впервые упоминается в вавилонских записях около 2100 года до н. э. как «осел с Востока»; по-видимому, она пришла из столовых земель Центральной Азии, завоевала Вавилонию вместе с касситами и достигла Египта вместе с гиксосами.34 С появлением нового средства передвижения и перевозки торговля расширилась от местной до внешней; Вавилон разбогател как торговый центр Ближнего Востока, а народы древнего средиземноморского мира были вовлечены в более тесный контакт как во благо, так и во вред. Навуходоносор облегчил торговлю, улучшив дороги; «Я превратил недоступные пути, — напоминает он историку, — в пригодные к эксплуатации дороги».35 Бесчисленные караваны привозили на базары и в магазины Вавилона товары со всего мира. Из Индии они шли через Кабул, Герат и Экбатану; из Египта — через Пелузий и Палестину; из Малой Азии — через Тир, Сидон и Сарды в Кархемиш, а затем вниз по Евфрату. В результате всей этой торговли Вавилон при Навуходоносоре превратился в процветающий и шумный рынок, от которого богатые люди пытались укрыться в жилых пригородах. Обратите внимание на современное письмо богатого жителя пригорода персидскому царю Киру (ок. 539 г. до н. э.): «Наше поместье показалось мне самым лучшим в мире, потому что оно было так близко к Вавилону, что мы пользовались всеми преимуществами большого города, но при этом могли возвращаться домой и избавляться от всей его суеты и забот».36
