Правительству Месопотамии так и не удалось установить такой экономический порядок, какого фараоны добились в Египте. Торговля была сопряжена с множеством опасностей и пошлин; купец не знал, чего бояться больше — разбойников, которые могли подстерегать его в пути, или городов и баронств, взимавших с него большую плату за право пользоваться их дорогами. По возможности безопаснее было ехать по великой государственной магистрали, Евфрату, который Навуходоносор сделал судоходным от Персидского залива до Фапсака.37 Его походы в Аравию и покорение Тира открыли для вавилонской торговли Индийское и Средиземное моря, но эти возможности были использованы лишь частично. Ведь в открытом море, как и в горных перевалах и пустынных пустошах, купца ежечасно подстерегали опасности. Суда были большими, но рифы были многочисленными и коварными; навигация еще не была наукой, и в любой момент пираты или честолюбивые обитатели берега могли взять корабли на абордаж, присвоить товар, поработить или убить команду.38 Купцы возмещали себе такие потери, ограничивая свою честность необходимостью в каждой конкретной ситуации.
Эти сложные операции облегчались благодаря хорошо развитой системе финансов. У вавилонян не было монет, но еще до Хаммурапи они использовали, помимо ячменя и кукурузы, горшки золота и серебра в качестве эталонов стоимости и средств обмена. Металл не имел клейма и взвешивался при каждой сделке. Самой мелкой денежной единицей был сикль — пол-унции серебра стоимостью от 2,50 до 5,00 долларов нашей современной валюты; шестьдесят таких сиклей составляли мину, а шестьдесят мин — талант — от 10 000 до 20 000 долларов.38a Ссуды выдавались товарами или валютой, но под высокий процент, установленный государством в размере 20 % годовых для денежных ссуд и 33 % для ссуд натурой; даже эти ставки превышались заимодавцами, которые могли нанять ловких писцов, чтобы обойти закон.39 Банков не было, но некоторые влиятельные семьи из поколения в поколение занимались ссудным бизнесом; они также торговали недвижимостью и финансировали промышленные предприятия;40 И люди, имевшие средства на депозите у таких людей, могли оплачивать свои обязательства письменными траттами.41 Жрецы также давали ссуды, особенно для финансирования посева и жатвы. Закон иногда вставал на сторону должника: например, если крестьянин закладывал свою ферму и из-за бури, засухи или других «божьих происков» не получал урожая от своих трудов, с него нельзя было взыскать проценты за этот год.42 Но по большей части закон был написан с целью защиты собственности и предотвращения потерь; вавилонское законодательство гласило, что ни один человек не имеет права занимать деньги, если он не хочет нести полную ответственность за их возврат; поэтому кредитор мог захватить раба или сына должника в качестве заложника за невыплаченный долг и удерживать его не более трех лет. Чума ростовщичества была ценой, которую вавилонская промышленность, как и наша собственная, заплатила за оплодотворяющую деятельность сложной кредитной системы.43
