Возможно, вторжение принесло очередное омоложение за счет притока свежей крови; но в то же время новая эпоха ознаменовала начало тысячелетней борьбы между Египтом и Западной Азией. Тхутмос I не только укрепил власть новой империи, но и на том основании, что Западная Азия должна быть под контролем, чтобы предотвратить дальнейшие вторжения, вторгся в Сирию, подчинил ее от побережья до Кархемиша, поставил под охрану и обложил данью, и вернулся в Фивы с добычей и славой, которая всегда приходит после убийства людей. В конце своего тридцатилетнего царствования он возвел на трон свою дочь Хатшепсут. Некоторое время ее муж и сводный брат правил под именем Тутмоса II, а умирая, назвал своим преемником Тутмоса III, сына Тутмоса I от наложницы.38 Но Хатшепсут отстранила этого высокопоставленного юношу, приняла на себя все царские полномочия и показала себя царем во всем, кроме пола.
Даже на это исключение она не согласилась. Поскольку священная традиция требовала, чтобы каждый египетский правитель был сыном великого бога Амона, Хатшепсут решила стать одновременно и мужчиной, и божеством. Для нее была придумана биография, в которой Амон спустился к матери Хатшепсут Ахмаси в потоке благоухания и света; его внимание было с благодарностью принято, и, уходя, он объявил, что Ахмаси родит дочь, в которой проявится вся доблесть и сила бога на земле.39 Чтобы удовлетворить предрассудки своего народа и, возможно, тайное желание своего сердца, великая царица изобразила себя на памятниках в виде бородатого и безгрудого воина; и хотя в надписях к ней обращались с женским местоимением, они без колебаний говорили о ней как о «Сыне Солнца» и «Владычице двух земель». Когда она появлялась на публике, то одевалась в мужскую одежду и носила бороду.40
Она имела право определять свой пол, так как стала одной из самых успешных и благодетельных правительниц Египта. Она поддерживала внутренний порядок без излишней тирании, а внешний мир — без потерь. Она организовала большую экспедицию в Пунт (предположительно на восточное побережье Африки), дав новые рынки для своих купцов и новые деликатесы для своего народа. Она помогла благоустроить Карнак, воздвигнув там два величественных обелиска, построила в Дер-эль-Бахри величественный храм, который спроектировал ее отец, и исправила некоторые разрушения, нанесенные гиксосскими царями старым храмам. «Я восстановила то, что было в руинах», — гласит одна из ее гордых надписей; «Я подняла то, что было недостроено с тех пор, как азиаты были посреди Северной земли, ниспровергая то, что было сделано».41 Наконец она построила для себя тайную и богато украшенную гробницу среди посыпанных песком гор на западном берегу Нила, в месте, которое стало называться «Долиной царских гробниц»; ее преемники последовали ее примеру, пока в холмах не было вырублено около шестидесяти царских усыпальниц, и город мертвых стал соперничать с живыми Фивами по численности населения. Вест-энд» в египетских городах был обителью мертвых аристократов; «уйти на запад» означало умереть.
Двадцать два года царица правила в мудрости и мире, а затем последовал царствование Тутмоса III, сопровождавшееся множеством войн. Сирия воспользовалась смертью Хатшепсут для восстания; сирийцам казалось маловероятным, что Дватмос, двадцатидвухлетний юноша, сможет сохранить империю, созданную его отцом. Однако в год своего воцарения Тутмос отправился в путь, провел свою армию через Кантару и Газу со скоростью двадцать миль в день и столкнулся с силами повстанцев у Хар-Мегиддо (то есть горы Мегиддо), маленького городка, так стратегически выгодно расположенного между соперничающими ливанскими хребтами на пути из Египта к Евфрату, что с тех пор и до генерала Алленби он был Ар-Магеддоном бесчисленных войн. На том самом перевале, где в 1918 году британцы разгромили турок, за 3397 лет до этого Тутмос III разбил сирийцев и их союзников. Затем Тхутмос победоносно прошел по западной Азии, покоряя, облагая налогами и взимая дань, и вернулся в Фивы с триумфом через шесть месяцев после своего отъезда.*42
