– Я убеждён в одном: ничего не изменится, если мы будет действовать как они, – решительно и спокойно ответил Пётр. – Мы превратимся в таких же злобных стариков, разве что с малыми годами и начнём принимать личность за предмет или ресурс, – смотря уже не на воду, а вдаль другого берега, ответил Пётр.
– Но если мы не ударим сейчас, то позже они могут просто разрушить всё! – уже с неподдельной тревогой говорил Дмитрий. – Из-за бездействия мы можем потерять всё, что только недавно нам досталось вместе с прежними годами труда. Только начали радоваться успеху и зарабатывать такие большие деньги! Мы должны от них избавиться окончательно! – смотря на сжавшие воздух кулаки, говорил Дмитрий.
– Мы не станет поддаваться панике из-за какого-то звонка. Сейчас уже всё высказав и обдумав, я почти убеждён, этот звонок был лишь приступ от давления и стресса, которые на них свалились. Глеб хорошо чувствует вину за всё случившееся с семьёй. Прошло уже несколько месяцев, но никаких действий они так и не предприняли. Разве что попытались найти на меня компромат. Но больше, чем дружба когда-то с Евгением Торгуевым, ничего нет. Да и это ничего не значит. Ни у кого нет доказательств того, что мы до сих пор общаемся.
– Евгений Торгуев? – недоумевая, спрашивал Дмитрий. – Это ещё кто?
– Семь лет назад про него много говорили в новостях и газетах. Сбежавший за границу предприниматель. Несколько уголовных дел на него повесили. Но, разумеется, он ничего из этого не делал. Просто у него хотели отобрать бизнес, когда тот стал приносить огромный доход. Очередной лакомый кусочек для наших волков.
– А ты-то тут причём? – раскрыв глаза, спросил Дмитрий.
– Мы с ним были хорошо знакомы, – тихо ответил Пётр. – Откровенно говоря, Евгений Торгуев вообще был моим наставником со времён университета. Однажды он пришёл к нам читать лекцию как гость с реальным опытом. О его сети магазинов знали все, но его самого – немногие. Ну и так вышло, что я был из малого числа, кто реально слушал ту лекцию и задавал вопросы. Ну и, видимо, приглянулся ему. Он говорил, что видит во мне способности к бизнесу. Даже взял меня не неофициальную практику. Но у Евгения уже тогда начались опасные игры с кем-то из правительства. И как настоящий стратег рассматривал все варианты. Следовательно, позаботился и о безопасности моего будущего, нигде и никоим образом не оставив следы моего присутствия.
– Это очень странная история, Пётр, – напряжённо говорил Дмитрий.
– Ты вообще не должен был о ней узнать, – спокойно отвечал Пётр. – Мы отклонились от главного. Подведём итог. Спустя несколько месяцев против нас не было предпринято никаких действий. Значит, и мы не станем поддаваться на провокацию, – заключил Пётр.
Он похлопал Дмитрия по плечу, сел в чёрный седан и уехал.
III
Следующий день прошёл абсолютно спокойно и в обычном рабочем режиме. Как и следующий, и тот, что за ним.
На телефоне звонит будильник, душ, завтрак, приятная раноутренняя дорога под хороший плейлист с полуоткрытыми окнами. Открывает пока еще пустой офис, затем свой кабинет. Кофемашина разносит густой аромат, который перемешивается с весенним запахом из открытого окна. Следом планёрка с Дмитрием и главным бухгалтером Анной Зельман. Под конец Дмитрий хотел было снова сделать предложение по «острому» вопросу, но Пётр прервал его, давая понять, что тема не обсуждается, все будут работать, как и всегда, в обычном здоровом режиме. Так оно и было.
Всю неделю работали спокойно, но в достаточно плотном режиме. Закрывали первую часть большой сделки. К пятнице все документы были готовы, а все позиции товаров – у заказчиков.
Вечером сразу после работы Пётр сел к Дмитрию в белый внедорожник, и он повёз его в аэропорт. Предстоял путь в Столицу для отчёта перед Советом по закрытию той самой первой трети сделки.
Внедорожник тронулся и, выехав на дорогу, встроился без поворотников в плотный вялотекущий поток. Смотря на все автомобили, как будто стремянки, Пётр спросил:
– Зачем тебе был нужен такой автомобиль? Ты же за город выезжаешь всего два раза в год. Да и там седан проедет. А в городской среде ты просто как мамонт какой-то. Только место на дороге занимаешь лишнее. Это же рамный внедорожник, – последнее слово Пётр произнёс по слогам. – Из названия понятно, для чего он был создан. Преодолевать препятствия, камни, грязь там, где нет асфальта. Да ещё и третий ряд раскладывается. У тебя даже жены нет, не говорят о семье с детьми. Кого ты возишь, кроме воздуха? Ты что, задохнуться боишься? – расхохотавшись, закончил Пётр.
– Рад, что смог тебя рассмешить, – протянул Дмитрий, развалившись за рулём. – Так и думал, куплю, чтобы смешить разных засранцев. Ты вот говоришь, что внедорожье его стихия. А мы где ездим? На иную улицу свернёшь, а на ней асфальта как будто никогда не лежало! В такие моменты прямо радуешься за себя, какой хороший выбор автомобиля я сделал. Вот же молодец, Дмитрий Пародин! – оправдавшись, улыбался Дмитрий. – Ты снова ненадолго летишь?
– Да. В субботу, то есть завтра, уже прилечу обратно, – ответил Пётр.
