Так и поступили. Не дождавшись прихода индейца — он так и не вернулся к назначенному сроку — мы углубились в прерии, в поисках стада овцебыков или степных козлов. Пришлось пройти почти до самого Озерного поселка, огибая Черный лес с севера, пока зоркие глаза Элины не увидели вдалеке стада. Оказалось, мы охотились не одни — Святоша, которого все привыкли больше слышать, чем видеть, так же шлялся среди трав, вместе со вновь приближенными к нему Белоголовым и Сутулым. У меня мелькнуло подозрение, что они не столько охотятся, сколько выискивают место, где устроить засаду… Но, на кого? Наша неприязнь друг к другу еще не перешла той черты, за которой начиналось открытое противостояние. Мы разошлись, не сказав друг другу ни единого слова. Святоша только с ненавистью бросил на нас презрительный взгляд и, развернувшись, зашагал прочь. Ульдэ долго наблюдала за ними, пока не произнесла:
— Монах редко покидает поселок. Ульдэ не понимает…
— Ему тоже нужно что-то есть. Он участвовал в загоне, когда мы с Совой и еще несколькими охотниками, устроили большую охоту. И монах далеко не такой уж и трус, каковым, кажется… Тогда все остались сыты.
— Монах дружит с Сычом. Расскажет ему про то, что мы разделились, и тот устроит вылазку.
— Кому? Нет… Не до такой же степени он глуп. Кроме того, сам Святоша не пойдет в горы, в Клан. А его подручные — тем более. Принцип монаха — ни во что, не вмешиваясь, ждать, пока мы перегрызем, друг другу глотки, а уж потом… он, может быть, и рискнет добить победителя. Да и как он это сделает? Самый быстрый ходок не сможет отсюда дойти до ущелья ранее, чем за неделю. Еще столько же, чтобы собрать отряд и перерезать нам дорогу. Мы за это время уже вернемся домой.
— Сыч мог поставить, кого ни будь, наблюдать за поселком… — сказала взволнованная Элина.
— Вполне допускаю. Если мы следим за подходами, что ему мешает отослать своих разведчиков? Но, даже если и так — скорость гонца от этого не увеличиться… Займемся своим делом, иначе стадо уйдет к Змейке, и мы потом будем долго бить ноги в его поисках.
Удача улыбнулась скоро — с два десятка джейров паслись неподалеку от озера, мы видели их спины в колышущейся траве. Подкрасться к животным и взять их на прицел наших луков, заняло около двух часов. Мы успели убить восьмерых. Я выпустил три стрелы, из которых в цель попала только одна. Ульдэ и Чер прикончили вместе троих, а вот Ната с Элиной оказались самыми везучими — они застрелили четверых. Остальные скрылись в зарослях, и преследовать их не имело смысла. Мы и так набили достаточное количество зверя, а его еще предстояло доставить в поселок. Я оставил девушек охранять добычу, а сам, вместе с Чером, отправился к людям. Следовало найти помощников и перетащить туши. Хочешь, не хочешь — дорога вела в озерный поселок…
После принятия соглашения, мы старались не появляться в нем слишком часто. Главарь бандитов, на самом деле, мог заручиться чьей-либо поддержкой, а мне не хотелось, чтобы ему доложили, как его главный соперник сам занимается поисками пропитания для бандитов — это роняло мой престиж в глазах Клана. Потому и приходилось, чаше отправлять других, а самому углубляться в дела форта. Но это трудно объяснить Туче…
Чер остался на входе, он спрятался в ветвях большого дерева, а я отравился к Чайке, с которой свел дружбу в последние дни. Женщина обрадовалась мне, как родному…
— Как хорошо, что ты пришел! У нас уже поговаривают, вы решили отдать поселок Сычу!
— А что, они уже не верят своим глазам? Или, слухи так причудливо искажаются, что наш договор о мире превратился в раздел долины?
— Скажи, что это неправда, Дар! Вся наша надежда — на тебя и тех, кто стоит рядом с тобой! Вам завидуют, да что там, я и сама бы хотела жить не здесь! Нет, не стоит… — Она махнула рукой.
— Кто мешал вам устроить свою жизнь лучшим образом?
— Трусость… Сыч казнил нескольких, Святоша, тоже, сыпет соль на раны. Оставшиеся прячут друг от друга глаза. Никто никому не доверяет, а вам — меньше всего. Считают договор, чуть ли не предательством, только некоторые одобряют и понимают, что другого выхода не могло быть. Но кому охота рыть землю и все выкопанные овощи относить на склад, из которого потом их заберут посланцы Клана? Из пяти рыб приходится оставлять себе лишь две, из корзины плодов — половину! В поселке нет единодушия…
— Потерпите. Чайка, это соглашение не навсегда. Но я не могу сказать, что его конец будет много лучше. Тогда — опять кровь и жертвы. Если мы не станем соблюдать договор, то поселок опять склонит шею под бандой и окажется в еще более худшем положении, чем был раньше. Сейчас хоть не убивают.
— Я знаю, — она устремила на меня свои умные глаза. — Я все понимаю, Дар. Только все так устали! Давно не устраивали праздников Мены, никто не хочет выходить за пределы более чем ста шагов, от землянок — предпочитают жить впроголодь, но не рисковать своей жизнью. Многие считают, что Сыч оставил кого-то поблизости, чтобы опять воровать девушек — уже две пропали за эту неделю. Если бы не вы — ни одна не смогла бы избежать участи Анны!
