— Элина сигнал подала! Значит — видела! Надо время потянуть. У меня нож, под рубашкой… Дотянись.
Он без слов пригнул голову и зубами рванул стягивающий пояс на моих штанах. Я скосил глаза — в нашу сторону никто не смотрел. Стопарь вытащил край рубашки — нож вывалился на траву. То, что мы лежали, облегчало нам задачу — никто не приглядывался к тому, что здесь происходит. Стопарь ухватил рукоять зубами и приблизился лезвием к моим рукам. Охранник был поглощен возгласами бандитов, перебиравших содержимое корзинки. Кузнец молча кивнул — готово! Я пошевелил пальцами и осторожно забрал нож изо рта, лежащего ничком, Стопаря. Разрезать веревки на его руках было делом нескольких секунд…
— Эй, кореша!
Сыч бросил пустую сумку и шагнул в нашем направлении.
— Чай я пить передумал… Раз у тебя такая хавка — ты нас у себя на хате напоишь. Или, что там у тебя — землянка? Дом? Короче, веди нас туда. А заодно и скажешь — чего надумал. Поднимите их!
Притворятся связанными не имело смысла. Охранник подхватил меня под руки и, в следующее мгновение, отлетел прочь — я страшным ударом рукояти разбил ему лицо. Стопарь, не теряя ни секунды, подхватил срубленную ветвь, и толпа отхлынула назад. Сыч, побледнев, остался на месте.
— Вот вы какие, значит… Я и говорю — ловкачи! Да только против самострелов, не попрешь, паря…
Кольцо возле нас сомкнулось — не менее пятнадцати бандитов ждали только команды, готовые наброситься всей стаей, чтобы порвать нас на куски…
Сыч предостерегающе поднял руку.
— Погоди, Бес.
Здоровый и весь растатуированный, один из вожаков шагнул в нашу сторону, готовый ударить стальным прутом.
— Погоди, говорю! — Сыч прищурил глаза. — Мира не хотите… В последний раз спрашиваю — или согласишься, или ляжешь вместе с кузнецом в землю! Я ведь знаю, что его семейка тоже с вами. И черный, с той, крашеной бабой, тоже. Мы ведь всех найдем, парень! И тогда — извини… По-другому беседа пойдет.
— Сыч, что с ними разводить? Давай кончать, да за остальными! — предложил Бес, выражающий свое нетерпение больше всех остальных бандитов.
Сыч презрительно посмотрел на него.
— Да? А по лесу и травам шастать, зверя искать, ты будешь? Нет уж, поели сладкого… И хватит. Умнее пора становиться. Куда они денутся? Сломаем… Всю долину прижали, неужто, этих не сможем? Убить всегда успеешь. А поселок их посмотреть — не мешает. Вот ты и уговори — типа, добровольно…
Высокий и широкоплечий Бес злобно посмотрел на кузнеца — тот успел в схватке заехать ему в нос, отчего тот разнесся не меньше, чем у самого Стопаря.
— Давай, старик, топчи дорогу к своим бабам. Не то… — он показал длинное, остро заточенное лезвие.
— Шел бы ты, знаешь куда? Придурок…
Бес сплюнул на землю, возле себя, и сквозь зубы негромко произнес:
— Ты, тля вшивая, будешь нам пургу гнать — сядешь голой жопой на…
Договорить он не успел. Бандит, неосторожно приблизился к силачу на расстояние удара, и Стопарь, не размахиваясь, быстро и точно двинул вперед своим здоровенным кулачищем. Бес согнулся в три погибели и, хватая воздух ртом, повалился на землю. Мгновенно замелькали ножи и стальные прутья, а кое-кто приподнял и нацелил на нас самострелы…
— Тихо, мальчики.
Сквозь возбужденную толпу прорвалась маленькая девушка, и, оттолкнув растерявшегося верзилу, ловко и жестко сбила с ног одного, второго, после чего встала возле Сыча. Недобро усмехаясь, со зловещим выражением на лице — это была Ната…
Она держала в одной руке мой лук со стрелами и меч, в другой — свой дротик.
— Ты, бля!
Сыч что-то попытался сказать, но Ната оборвала его недвусмысленным жестом — дротик сразу уперся ему в горло…
— Тихо… Я же попросила?
Она произнесла это, почти не разжимая губ. Я видел, как горят у нее глаза, и подумал, что жизнь предводителей бандитов находится сейчас на волоске. Похоже, он и сам понял это… Не давая ему отойти, Ната протянула мне оружие, которым я не преминул воспользоваться. Меч сразу перешел в руки Стопаря и могучий богатырь, спокойно и уверенно, взмахнул им над головой. Раздался такой свист, от прорезаемого лезвием воздуха, что ближайшие к нам члены этой стаи, неуверенно попятились назад… Стопарь взмахнул еще раз и выставил клинок перед собой, готовый насадить на него любого, из тех, кто захочет нарушить незримую границу… Он рубанул пару раз наискось — два деревца свалились к моим ногам, как подкошенные, создав естественную преграду, мешавшую бандитам напасть с боков. Внезапно появившаяся, Ната, продолжала удерживать Сыча — наконечник дротика процарапал на красной шее этого подонка багровую полоску. Она вынудила его прислониться к стволу осины. Отступать дальше стало некуда, и он начал задирать голову вверх.
— Ната.
