— Нууу, — взвыл мой личный красноволосый кошмар, а тетя-палка выдала:
— Да будет так! У каждого будет задание, и лишь выполнив его, они вернутся назад!
— Чего? — опешила я, но женщина развернулась на каблуках туфлей-лодочек и быстро зашагала прочь со двора. Я кинулась за ней, но почему-то догнать не могла. Казалось, что «дитя Энма-чо» летела, не касаясь земли ногами, хотя усердно их переставляла. Как только она скрылась за поворотом, я поняла, что искать ее бесполезно. Она уже далеко.
— В мой мир пришла мистика, — пробормотала я и вернулась к Юле — выслушивать получасовую отповедь на тему: «С друзьями так не поступают».
— Греллюшка, успокойся, — взвыла я через тридцать минут нытья и обвинений в мой адрес. — Ну ты же любишь Ягами — он тебе приснится. Радуйся.
— Тоже верно, — просияла Юля, и мы решили возвращаться домой.
Но не все так просто, как кажется: подойдя к родной пятиэтажке (мы с Юлей живем на втором этаже, кстати), мы заметили в кустах странное белое пятно. Любопытство сгубило кошку, Варвару из поговорки и анимешницу — я полезла в заросли шиповника, которые ЖЭК упорно отказывался вырубать.
Мама миа… Я шокированно замерла. В кустах на корточках сидел парень лет двадцати пяти в старых потертых джинсах, видавшей виды белой застиранной водолазке и стоптанных кедах. На голове парня было самое настоящее воронье гнездо, хуже, чем у незабвенного Гарри Поттера, вот только очков у него не было — у него были глаза несчастной поддатой панды, ищущей в мире справедливость во время ее отпуска. Черные тени явно не были фингалами, да и за косметику их принять было невозможно — он просто мало спал. Он косплеит L? Или… Странная мысль постучалась в виски, но дверь я ей не открыла. Я не псих — никого нет дома… Это не может быть сам L! Ну правда! Ведь правда?..
— Что, косплеишь? — усмехнулась я, глядя на псевдо-L. — А фигли в кустах заныкался? Засада на Киру?
— Россия, — выдал парень с мягким английским акцентом.
— Не Япония точно, — кивнула я. — А ты, часом, не больной, не припадочный, ась? А то не охота с тобой возиться — мне Грелля хватает.
И тут за моей спиной появился вышеозначенный шинигами. Печально сие, ибо она сейчас точно озвучит мысль, которую я упорно пинаю с задворков собственного разума.
— Ты чего там застряла? — раздался звонкий голос за моей спиной, и Юля окончательно вломилась в заросли. — Ой, мама… Элюшка!!! Любимый!
Вопли «Грелля», когда-то косплеившего Ягами Лайта, огласили округу и спугнули с лавочки мирно гревших пузо под доброжелательным июльским солнцем котов.
— Вы кто? — нахмурился парень, и глаза его, черные, пустые, затягивающие, цепко уставились на мою подругу.
— Так, спокойно, без фанатизма, — сказала я подруге, хватая ее за руки. А то они у нее загребущие — еще полезет обниматься! А L у нас парень с характером… Вряд ли он ударит девушку, но хорошего не жди точно. И пусть это лишь косплеер, лучше не рисковать.
— Ты не психуй, Греллюшка, — начала увещевать я подругу, но меня жестоко обломали:
— Сама не психуй! — возопила отаку. — Я же… я же его из сотни людей узнаю!
«А как узнаешь, если в трехмерном обличье не видела ни разу?» — мысленно съязвила я.
— Он чууудо!
«Да? А помнится, он был твоим не любимым героем… за исключением яойных дозинси».
— Он же детектив! Величайший детектив мира!
«А Киру не поймал, сама говорила».
— Он же чудо что такое!!!
«А вот с этим согласна…»
— Спокуха, — наконец подала голос я, вытягивая подругу из кустов чуть ли не за уши. — Он лишь косплеер. Как ты!
— Неправда! — бушевала жертва яоя. — Его прислало дитя Энма-чо!
— Ага, а я внучка Зверева от Маши Малиновской, — фыркнула я. — Ну подошла к нам полоумная старушенция — чего ты паришься?
— А ты сама сказала: мне Лайтик приснится! — надула губки Юлишенция.
— Ой, ну он и приснится! — отмахнулась я, упорно таща подругу к подъезду. Псевдо-L выполз из укрытия и удивленно за нами наблюдал, грызя ноготь. Ноготь большого пальца правой руки… Ааа! Мысли, прочь! «А вдруг он и правда L?» Ну вот. Я их, мысли эти, в окно, а они в дверь. Как не стыдно?!
— Как приснится, если бабка — бред?
— А тебе каждую ночь яой снится!
— Не каждую! Иногда мне снится юри!
— Дожили!
— Давно дожили!
Нашу перепалку прервал псевдо-L. Он подошел к подъезду и апатично-деловитым тоном вопросил:
— Откуда вы знаете о Ягами Лайте и обо мне? — Хмуриться парень умел. Так же, как и эпично загрызать ни в чем неповинный ноготь. Он даже сутулился, как L! И мою уверенность это несколько поколебало.
— Хм… Вопрос! — выдала я, неожиданно для самой себя. — Ответишь быстро — отвечу про Ягами.
«Детектив» поморщился, но слегка пожал плечами, и я расшифровала это как: «Вещай, дитятко, а я решу, будет ли мое царское Вашество тебе отвечать». Я тяжело вздохнула и воспроизвела старую логическую задачку:
— За бортом стоящего на якоре океанского лайнера в полночь вода была на четыре метра ниже иллюминаторов и поднималась на полметpa в час. Если эта скорость удваивается каждый час, то за какое время вода достигнет иллюминаторов?
