— С чего она вообще должна их достигнуть? — поморщился L. — Лайнер поднимается вместе с уровнем моря. Вы меня за идиота держите?
«Не сдавайся, Маня! Это было слишком просто!» — истерически крикнула я сама себе и загадала следующую задачку:
— А если мы имеем бочонок пива и две кружки по три и пять пинт…
— Я соглашался на один вопрос! — перебил меня парень. Хо-хо, не на того нарвался, кучерявый!
— Как налить в кружки ровно по одной пинте пива? — закончила я вопрос.
— Наполним кружку «один» и кружку «два», остатки выльем из бочки, — выдал парень, не задумавшись ни на секунду. — Кружка «один» объемом три пинты, кружка «два» — пять пинт. Выльем кружку «один» и кружку «два» в бочку, итого восемь пинт в бочке. Из бочки в кружку «один» — три пинты; из кружки «один» в кружку «два» — три пинты; из бочки в кружку «один» — три пинты; из кружки «один» в кружку «два» — пять пинт; остаток в кружке «один» — одна пинта. Из кружки «два» в бочку — семь пинт; из кружки «один» в кружку «два» — одна пинта; из бочки в кружку «один» — три пинты; итого в бочке четыре пинты. Из кружки «один» выпиваем все; из бочки в кружку «один» — три пинты; остаток в бочке — одна пинта. Все из кружки «один» выпиваем; из бочки в кружку «один» — одна пинта; плюс в кружке «два» — одна пинта. К чему эти детские вопросы?
Юля завизжала от радости. А вот я… я зависла. Причем конкретно так. Шестеренки в мозгах работать отказывались, ибо я отказывалась принимать… реальность. Да, реальность. Потому что если ты не гений, сходу такую задачку решить просто нереально.
— L? — едва обретя способность говорить, ошалело пробормотала я. «Блин, он ведь даже не задумался ни на секунду!» — набатом звенело в голове, пока я в упор разглядывала парня, правда, теперь уже совсем другими глазами. Нет, ну правда, косплей слишком шикарен, чтобы быть косплеем — сколько же не спать надо было, чтоб такие «очки панды» под глазищами нарисовались? А акцент? Тоже фиг скосплеишь — я английский неплохо знаю, но такого акцента даже у преподов в универе не слышала. Да уж… То ли я сошла с ума, то ли нас чем-то накачали…
— Юля… — пробормотала я. — А нас та тетя ничем не уколола? Не прыснула на нас ничем?
— Ооох! — простонал «Греллюшка». — Чего ты такая недоверчивая? Реальный он, реальный! — и она таки попыталась ткнуть в величайшего детектива всех времен и народов, а теперь еще и миров, пальцем. Вот только L плавно «вытек» с траектории нападения и слинял Юльке за спину.
— Видишь? Он уворачивается! — слабо возмутилась я. — Значит, он глюк!
— Я не галлюцинация! — возмутилось гениальное видение и само осторожно ткнуло меня пальцем в плечо.
— Ах ты ж японская лапша «Ролтон»! — завопила я на всю вселенную. — Ты чего меня пальцем тыкаешь, дитя полей, огородов и компьютерных технологий?!
Да, я истерю. А вы бы не истерили, если бы вам на голову свалился анимешный персонаж, да еще и трехмерный, да еще и тыкающий вас пальцами?! Если он глюк, то слишком реален… А вот Юля ржет. Ей все пофиг. Да ей вообще всегда все пофиг. Счастливый человек — умеет верить в чудо… Эх, и мне поверить, что ли? Для разнообразия…
— Что за истерики? — нахмурился L. Ну да, L… А мне уже и наплевать…
— Уйди, глюк, я не в затяг, — отмахнулась я от величайшего детектива современности и решила, что с ума по одиночке сходят, а не табунами, а мы с Юлькой уже толпа, и если L — глюк, то нас накачали наркотой. Но почему у нас одинаковое видение? Логика помахала ручкой и свалила в теплые страны на ПМЖ. Противная… Ну да ладно. Если у меня поселится сам L, логика мне не понадобится. Он мне ее заменит. А что? Надо же с «подарка Энмы-чо на день варенья» хоть что-то стребовать? С паршивой овцы хоть шерсти клок, как говорится… И если он реален (мамочки, впервые в жизни мечтаю, чтобы реальность оказалась глюком), то я его раскручу по полной… Или нет.
— Вы обещали пояснить, что здесь происходит, — нахмурился L.
— Поясняю! — пожала плечами я и вяло поведала новоприбывшему: — Мы с Юлей знаем о тебе все, потому как ты продукт бессонных ночей и больной фантазии Цугуми Обы и Такеши Обаты. Короче говоря, о тебе есть манга, аниме, лайт-новеллы, игры и фильмы. Серия «Тетрадь Смерти». Ты трехмерная ожившая анимешка. Вот так.
Что за бред я несу? Да уж. Я в прострации, L усиленно соображает, того и гляди из ушей пар пойдет, а Юлька ржет. Ну да, ей же пофиг. Она же у меня самородок: даже когда в одиннадцатом классе в конце года устроили незапланированную контрольную, и бровью не повела, а вместо подготовки смотрела аниме. А чего готовиться, можно же у «Элюшки» списать… Хотя, думаю, сейчас это мне придется на нее полагаться, а не наоборот. Ибо я не нарик и к глюказоидам такого масштаба не привыкла, а у Юльки фантазия всегда была отменная.
— Хм… — Рюзаки нахмурился, и я буквально видела, как у него в голове мелькают проценты вероятности. Ну я же говорила, что у отаку хорошая фантазия, правда?
