«Что за на фиг?! — думала я. — Мэлло, какого черта? Это что было?! Я что, сейчас сказала что-то похожее на то, что говорил Дживас? Мама миа! Да быть того не может! Неужто мы с ним и правда настолько похожи?! Да ладно! И вообще, я что, стала сейчас практически свидетелем вашего разговора после той злополучной ночи, когда ты себя подорвал?! Кошмааар… Мэлло, харе лезгинку на моих нервах плясать! То ты не разрешаешь себя „Михаэль” называть, то убить пытаешься, то просто тихо, а то и громко ненавидишь, а то ты вдруг пускаешь меня в настолько личные и грустные воспоминания, что я бы разревелась, если бы могла! Ты что творишь, Кэль?! А ну, верни мне свою ненависть: она привычнее! Я „добренького” тебя боюсь больше, чем злого, слышишь?!»
Вот так я «орала» на Михаэля, а он сидел с закрытыми глазами, скрестив руки на груди и вытянув ноги. Протянул ласты, тоже мне! Отдавят ведь! Хотя кто? Все спят… и один медведь работает. Эх, Мэлло, Мэлло, ты мои нервы в балалайку превратил. Не стыдно? Как ты мог… Но Мэлло стыдно не было — он о чем-то сосредоточенно думал, и мне казалось, что если я на него посмотрю, то увижу, как у него в мозгу шестеренки вращаются: со скрипом, словно новые башмаки на примерке…
За окном давно сияло солнце, и порывы теплого летнего ветра играли малахитово-зеленой листвой деревьев. Облака лениво плыли по серому небосводу, явно намекая на приближение дождя. Отлично, сегодня еще и гроза, кажется, будет… У меня и так проблем хватает, а на улице то же, что и у меня в душе. Зашибись! Никакого разнообразия! Все как в армии — одинаково!
Неожиданно на кухню заползло полосатое существо, до ужаса напоминавшее меня. Точнее, это я его напоминала, ну да не суть. И существо это, офанарело на меня уставившись, вопросило:
— Какого чёрта?!
— И тебе «здравствуй», — флегматично ответила я.
— До свидания! Ты с какого перепугу так вырядилась? Зачем?!
А Дживас-то в возмущении… Неужто ему не наплевать? А почему? Боится, Мэлло отобью? Зря боится. Хотя, учитывая его фразочки… Не, все равно не отобью.
— Так получилось, — пожала плечами я.
— Это из-за меня, — вдруг подал голос Кэль. Я не ослышалась? — Я сказал, чтобы она так оделась.
«Сказал»? Ну, хорошо хоть не «приказал»…
— Ты?.. — Дживас опешил. Походу, он вообще в трансе… Правда, на лице эмоции читались плохо. Кстати, он таки снял жилетку и надел новую черно-красную кофту, так что мы с ним вообще братья-близнецы. Ну, может не совсем «братья», но близнецы точно.
— Да, я, — кивнул Кэль, вставая, и Дживас просочился на диван, где только что сидела Шоколадка, но ближе к углу, а рядом с ним умостырилось вышеозначенное кондитерское изделие.
— Зачем? — емкий вопрос, Майл! Поддерживаю!
— Так надо было.
А вот ответ расплывчатый слишком. Никакой конкретики…
— Ты спятил? Зачем тебе ее под меня одевать? Это же бред первостатейный!
— Согласен полностью, — усмехнулась я, а Мэтт поморщился — уж слишком усмешка была на его обычную ухмылку похожа…
— Майл, вспомни, что ты сам мне вчера сказал, и поймешь, — поморщился Мэлло.
— Да, я говорил… Но не до такой же степени?
— Что за тайны Мадридского Двора? — вмешалась я. — О чем это вы там болтали?
— О тебе, — фыркнул Дживас.
— Я уже понял, что не о подтяжках Чарли Чаплина, — фыркнула я. — Ты чего ему наговорил, что он подобрел?
Мэлло поморщился, а Дживас закатил глаза. Исчерпывающий ответ, скажу я вам! Но от продолжения допроса парней спас звонок в дверь. Одинарный, спокойный, без стука и пинков. С чего бы это? Кто мог прийти ко мне в гости и позвонить без попытки выломать дверь? Это точно не Юля…
====== 15) «Куда пойдем мы с Пятачком?» или «Наполеоновские планы» ======
Когда в дверь позвонили, я подумала, что сейчас мне будут кранты-винты-веники, потому что вернулись родители. Но потом вспомнила, что они никогда раньше не приезжали до конца отпуска, а потому отмела мысль о том, что это заявились с утра пораньше и вежливо ломятся в собственную хатку мои предки. Кстати, они когда домой приходят, всегда звонят. Им что, лень ключи доставать? Риторический вопрос.
Я подняла пятую точку с дивана, вырубила PSP и с выражением лица, гласившим: «Приперлись, ну и пофиг», — потопала открывать. «Кого несет?» — подумала я и распахнула дверь. На пороге стоял Кира, сложив руки на груди и глядя на лестницу. О как. С чего бы?
— Проходи, — бросила я и пошла обратно на кухню. Ягами удивленно на меня воззрился, захлопнул дверь и, догнав меня, вопросил:
— Это еще зачем?
— А тебе не все равно? — пожала плечами я и упала на диван. Когда я косплеила Мэтта, я получила первое место в конкурсе, но тогда я не падала — я садилась. А вот теперь, познакомившись с самим Дживасом и узнав о его привычках, я стала играть его вообще «на ура», ибо Лайт на меня удивленно воззрился, Мэтт закатил глаза, а Мэлло усмехнулся. Да, товарищи, такая вот оценка куда выше оценок жюри и первого места на фестивале.
