— Пожалуйста, — ответила я и решила сменить тему. Почему-то показалось, что это нужно было сделать поскорее… — Ладно, надеюсь, ты больше не будешь думать обо всякой ерунде и швырять мороженое, которое я тебе покупаю, в мусорку?
— Я не хотел давать тебе ложных надежд, — нахмурился Кэль.
— А мне они и не нужны, — пожала плечами я, — потому что я не хочу быть с тобой. Мне не нужен ни ты, ни кто-либо другой. Я хочу быть одна, понимаешь? А то, что я кем-то восторгаюсь, не значит, что я в него влюбилась, и то, что я купила мороженое человеку, которого почему-то посчитала своим другом — а ведь я купила не одно мороженое, а три, не забудь — не значит, что я хотела выделиться перед ним.
— Ты не хочешь любить и быть любимой? — удивился Кэль.
— Не-а. Это слишком обременительно, — ответила я абсолютно искренне. — Потому не забивай голову ерундой и не ищи в моих действиях смысл, которого там нет.
— А друзья тебе нужны?
Что за вопросы, Ваше Сиятельство? С чего бы такой интерес нездоровый к моей скромной персоне?
— Да, — кивнула я. — У меня есть друг — Юля. Она Друг с большой буквы.
— А кроме нее?
— А кроме нее со мной никто общаться не желает, не то, что дружить, — усмехнулась я. — Разве что народ из клуба кен-до, но с ними уже я общаться не желаю.
— Хм. А со мной?
Что? У меня еще и слуховые галлюцинации начались?
— В смысле?
— Я тебе дружбу предлагаю, — поморщился Мэлло, и я мысленно добавила: «Цени, мусор!» Уж больно в стиле Скуало из «Реборна» он это сказал… Хотя, если честно, я почему-то была даже немного рада. Вот полчаса назад послала бы его куда подальше, вспомнив слова Бейонда и свои собственные, а сейчас, махнув на все эти слова рукой и лыбясь, аки обрадушек, заявила:
— Я не против, — и тут же, нахмурившись, добавила: — но если ты меня снова унизишь, я не вернусь, как игрушка йо-йо, к тому, кто меня оттолкнул, Мэлло.
— «Михаэль», — поморщился мой Шоколадный Кошмар. — Можешь звать по имени, я разрешаю. И я не собираюсь тебя отталкивать, если ты не собираешься в меня влюбляться.
Опять старая песня о главном!
— Эм, ну спасибо… за имя, — с трудом подавив желание закатить глаза, сказала я, — а влюбляться я и не собиралась.
— Хорошо, — кивнул Кэль, — тогда идем. И…
— Чего?
— Прости за сегодняшнее.
С этими словами он вышел, не дожидаясь моего ответа, а я шокировано замерла в дверях. «Что? Принц Несмеян умеет извиняться? И даже не устраивает истерик по поводу пощечины?!» — подумала я ошалело и поплелась следом за вышеозначенным прЫнцем с улыбкой от уха до уха, напоминая самой себе «Собаку-улыбаку» из какого-то старого интернетовского прикола…
====== 19) Мир, Труд, Май и Панда-миротворец ======
Комментарий к 19) Мир, Труд, Май и Панда-миротворец Примечание Автора: приношу извинения за ООС Ниара, а также сцену с его участием в данной главе. Однако Автор и впрямь думает примерно то, что написал, а так как у нас свобода слова, просит фанатов Ривера не сильно пинать его) Спасибо, что остаетесь с Автором и читаете этот фик!
Когда я выползла из своей спальни, то застала на кухне удивительную картину: Мэтт и Юля вполне себе мирно беседовали, а Кэль нарезал круги по вышеозначенному пространству. Ох, ну он прям как зек в одиночке — делать нечего, вот и мотается туда-сюда, как неприкаянный… Я подрулила к ним и вопросила:
— Ну что, народ? Вы поладили?
— С этой шоколадкой «Алёнка» — нет, — фыркнула Юля, и я, вспомнив интернетовский прикол про этот шоколад и Мэлло, чуть не заржала в голос. Надпись: «Шоколад Алёнка — все, что нужно человеку», — и харя Мэлло восторженная… Мда. Есть от чего поржать. — А вот с геймером ничего так вроде.
— О, а ты, я гляжу, уже не косплеишь Мису-Мису? — хмыкнула я.
— Да ну на фиг, — отмахнулась Юля, которая даже очки шинигами сняла — о как ее пробило на общение с Мэттом! — Он не узнает — это раз, а во-вторых, я же не всегда такая серьезная! Просто мы с Майлом обсуждаем серьезные вещи.
— Ого, ты его по имени зовешь? — удивилась я, заваривая чай.
— Так он разрешил, — пожала плечами Грелля.
— А что за тему обсуждаете?
Мэлло в очередной раз ушел на вираж, и я еле вытекла с траектории движения этого пикирующего бомбардировщика. Ясен фиг, я возмутилась:
— Блин, Михаэль! Сядь уже! Что ты бегаешь, как будто у тебя тапки горят?
Кэль закатил глаза, но все же уселся на диван у окна. Кстати, Майл сидел на своем законном месте — у стеночки, а Юлька оккупировала мой любимый стул рядом с ним.
— Ты зовешь его по имени, и он не орет на тебя? — шокировано вопросила Юля.
— Я же говорил: они помирятся, если дать им поговорить, — глубокомысленно изрек Дживас, сделав глубокую затяжку.
— Так вы это обсуждали, что ли? — фыркнула я.
— Да, и твоя подруга уже пять минут «выносит мне мозг», как ты любишь говорить, вопросом: «Как вы помирились?» — фыркнул Кэль.
— А тебе неохота говорить? — вскинула бровь я. — Все равно Майлу расскажешь.
Кэль поморщился. Ясное дело, расскажет, но не при посторонних же…
— Ладно, ребята, спокуха, — махнула я рукой. — Юль, я тебе расскажу, когда эти деятели ускребутся секретничать. Вот тогда и мы с тобой посекретничаем.
