"Народное образованiе у насъ оказываетъ успѣхи плачевные. Сельскiя школы идутъ плохо, т. е. вѣрнѣе-сказать ихъ еще совсѣмъ нѣтъ, если не считать двѣ-три школы, основанныя самими помѣщиками, въ которыхъ они сами учатъ… Вотъ еще въ августѣ предписано сельскому духовенству открыть школы въ приходахъ, но по разнымъ обстоятельствамъ, а болѣе отъ совершеннаго недостатка матерьяльныхъ средствъ, исполненiе этого предписанiя въ нашемъ уѣздѣ не осуществляется. Нѣтъ, виноватъ: исполненiе этого предписанiя нѣкоторымъ образомъ выразилось въ томъ, что волостные старшины объѣхали свои волости и переписали мальчиковъ; но тѣмъ дѣло и кончилось. Впрочемъ и крестьяне какъ то не очень охотно изъявляютъ желанiе отпускать своихъ сыновей для выучки къ духовенству, и какъ-то недовѣрчиво на это смотрятъ; по крайней мѣрѣ нѣсколько селенiй нашей волости на волостномъ сходѣ заявили, что отпускать къ попамъ въ село дѣтей не хотятъ… лучше сложимся, да наймемъ себѣ учителя."
Такъ вотъ теперь нужно, чтобъ было имъ кого нанять.
Подобныя же вѣсти изъ рязанской губернiи есть въ № 1 Совр. Лѣтоп. Тамъ говорится: "Иницiатива въ этомъ дѣлѣ (т. е. въ дѣлѣ распространенiя грамотности) принадлежитъ епархiальному начальству, сдѣлавшему сельскимъ священникамъ предложенiе заводить повозможности въ приходахъ школы для обученiя грамотѣ крестьянскихъ дѣтей безвозмездно. Если до сего времени эта мысль осуществляется туго, и въ малыхъ размѣрахъ, то этому нѣтъ иной причины, кромѣ недостатка въ матерьяльныхъ средствахъ. Однакоже несмотря на неблагопрiятныя условiя, усердiемъ нѣкоторыхъ лицъ положено и у насъ основанiе школамъ грамотности". Это основанiе заключается только въ двухъ школахъ, изъ которыхъ одна устроена въ селѣ Позднемъ священникомъ Дм. Андр. Городцовымъ, а другая въ сельцѣ Ольховцахъ временно-обязаннымъ дворовымъ человѣкомъ Александ. Петр. Пушкинымъ. Немного! Зато виднѣе выставляются имена основателей. Кромѣ этого, другой кореспондентъ, купецъ Ермаковъ, изъ Данкова, извѣщаетъ редакцiю "Московскихъ Вѣдомостей", что 2 декабря открыта школа въ селѣ Влейковѣ старанiями мирового посредника Бернарда. "Еще при постройкѣ (пишетъ г. Ермаковъ) временно обязанными крестьянами, по добровольной раскладкѣ, дома для волостного правленiя, онъ (г. Бернардъ) предложилъ, независимо отъ помѣщенiя для правленiя, устроить двѣ-три комнаты и для училища. Крестьяне, исполняя благой совѣтъ, не могли однако надѣяться, по неимѣнiю матерьяльныхъ средствъ, на скорое ея открытiе; но г. Бернардъ и тутъ не задумался: онъ предложилъ штрафную сумму, взимаемую съ нихъ за проступки, употреблять на этотъ предметъ; крестьяне съ радостью приняли это предложенiе и немедленно составили о томъ приговоръ. Нынѣ въ этой школѣ учится около пяти десяти мальчиковъ и дѣвочекъ; первые учатся у священника Хитрова и волостного писаря Сударинова, а послѣднiя у дочери священника, дѣвицы А. Хитровой".
Относительно сельскихъ школъ у насъ нѣтъ больше текущихъ новостей; но есть другiя новости, относящiяся къ дѣлу образованiя.
Въ Петербургѣ существуютъ пять гимназiй, и всѣ онѣ дотого переполнены учениками, что начальство ихъ принуждено многимъ отказывать въ прiемѣ. Теперь высочайше повелѣно учредить шестую с. петербургскую гимназiю на двѣсти пятьдесятъ приходящихъ воспитанниковъ. Для этой гимназiи назначено то помѣщенiе (у Чернышова моста), которое было квартирою министровъ народнаго просвѣщенiя и въ которомъ, кромѣ гимназiи, предположено помѣстить безвозмездно русское географическое общество. Гимназiю предназначено открыть 17 апрѣля нынѣшняго года. Эта новость, сколько мы слышали, встрѣчена петербургскими жителями съ особеннымъ сочувствiемъ.
Начальство технологическаго института объявило, что съ будущаго учебнаго года приводится въ исполненiе преобразованiе этого заведенiя, заключающееся по постепенномъ упраздненiи общихъ (приготовительныхъ) классовъ, такъ что потомъ въ институтѣ будутъ одни высшiе спецiальные классы.
Университетскiй вопросъ, какъ извѣстно, находится въ разсмотрѣнiи правительства, и чѣмъ онъ разрѣшится — мы еще не знаемъ. Но вотъ изъ кiевскихъ университетскихъ извѣстiй узнаемъ, что тамъ въ одно изъ засѣданiй совѣта въ концѣ ноября было разсужденiе о томъ, на какихъ основанiяхъ долженъ быть допускаемъ прiемъ слушателей въ университетъ. Результатъ разсужденiй были слѣдующiя три положенiя:
"1) Доступъ въ университетъ можетъ быть открытъ для всѣхъ желающихъ.
"2) Тѣ слушатели университетскихъ лекцiй, которые желаютъ слушать полный систематическiй курсъ съ цѣлiю подвергаться потомъ испытанiю на ученую степень, должны при поступленiи въ университетъ 1) предъявить свидѣтельство о рожденiи, происхожденiи, объ удовлетворительномъ усвоенiи гимназическаго курса (т. е. свидѣтельство о зрѣлости къ слушанiю университетскихъ лекцiй), 2) внести извѣстную сумму, отъ которой нѣкоторые могутъ быть освобождены совѣтомъ по особенно уважительнымъ причинамъ.
"3) Дисциплинарныя отношенiя слушателей къ университету должны быть вовсе уничтожены."
