Мальчик обхватывает руками колени и вздыхает. Я разворачиваюсь к нему, мне хочется обнять его, но я никак не пойму, почему он так этого хочет.
— Чарльз, ты правда так хочешь в Лондон? Почему? — Часть меня говорит, что это глупый вопрос, но я хочу услышать ответ.
Он поднимает на меня свои блестящие глаза.
— Чтобы мы были втроем, как и раньше.
Я тяжело вздыхаю, сажусь ровно и беру мальчика за плечи.
— Ты знаешь, как я люблю тебя, но ты и понимаешь, что я никогда не смогу заменить тебе твою маму, — с комом в горле шепчу я.
— Вы с ней похожи. Ты, как и она, любишь со мной разукрашивать. С тобой я получаю такую же любовь, что получал с ней.
От такого неожиданного признания чувствую нахлынувшие слезы и вытираю сразу, пока они предательски не потекли по щеке.
— Я скучаю по ней каждый день. А теперь ты уехала, и я скучаю по вам обеим.
Он обнимает меня и не отпускает пару минут. Я играю с его волосами и целую в лоб.
— Все будет хорошо, — заверяю я и даже в этой ночи замечаю его прекрасную улыбку.
Мы оба вздрагиваем, когда слышим Адама, приближающегося к нам.
— Чарльз, иди попрощайся с бабушкой и дедушкой.
Сын послушно уходит, а Адам садится на его место.
— Прости за эту перепалку, — шепчет он в пустоту.
— Я не хотела стать причиной ссоры.
— Ты хочешь, чтобы мы переехали? — бросает он. Его глаза ищут в моем лице ответ.
— Я просто не думала, что ты этого хочешь.
— Это не ответ, — резко отвечает Адам, и я смотрю на него.
Не знаю, видит ли он настоящие мои эмоции, но я переполнена сегодняшними событиями и не хочу говорить на эту тему сейчас, ибо еще чуть-чуть — я просто лопну. Он берет меня за руку, согревая мою кожу.
— Разве мы прошли этот путь лишь для того, чтобы в конце отказаться друг от друга? — Шепот его слов бесцельно раздается по улице и попадает в сердце.
Мое долгое молчание кажется неправильным, и мы просто вздыхаем друг напротив друга. Ситуацию спасает вышедший во двор Чарльз. Адам понимает, что остался без ответа, встает, и я за ним. Он прощается с родителями и направляется с сыном к машине. Я собираюсь за ними, но Амила меня останавливает.
— Мишель, ты прости, что я так отреагировала на эту новость. Я ничего против тебя не имею, правда. Я рада, что Адам нашел кого-то. Просто он иногда делает необдуманные вещи.
Амила пытается изобразить улыбку, она говорит честно, я это чувствую. Но что-то подсказывает, что я ей пока не нравлюсь.
— Думаете, он пожалеет? — спрашиваю я.
— Все возможно, — бросает Амила, а Шон закатывает глаза.
Я прощаюсь с ним и шагаю к машине, мысленно посылая Амилу куда по дальше.
— Она опять что-то сказала? — интересуется Адам, когда я сажусь в машину.
— Все в порядке, — твержу я, хотя мы оба знаем, что это далеко не так.
***
Мы едем в тишине. Чарльз заснул на заднем сиденье, из-за чего я тихо говорю:
— Адам, ты не пожалеешь об этом?
— О переезде?
— О том, что выбираешь меня.
Он останавливается на красном светофоре и смотрит на меня. Свет уличных фонарей проникает в салон, отчего мы видим друг друга лучше.
— Я никогда не жалел об этом, — вздыхает он и газует через пару секунд.
— Боже, Адам, взгляни на меня! — говорю громче, на время забыв о спящем ребенке. — Я уже не та девушка, которая тебе нравилась. Я изменилась!
— Мы оба изменились, — в таком же тоне отвечает он.
— Ты, не предупредив, познакомил меня со своими родителями. Я узнала, что ты хочешь переехать ко мне от твоего сына! Все это слишком для меня. Я не могу думать об этом!
Адам тормозит на какой-то улице и бросает на меня взгляд полной ярости.
— Говори тише, — требует он, а затем продолжает: — Думать о чем? О том, что можешь быть счастливой? Слушай, Мишель, я понимаю, что ты так ведешь себя из-за того, что с тобой произошло, и теперь ты не уверена в себе…
Я затыкаю его, даже не дослушав:
— Хватит напоминать мне о том, что произошло! — кричу и выхожу из машины.
Сразу начинаю плакать, потому что не в силах больше сдерживать себя. И хуже мне становится от одного факта, что Адам прав: после случившегося я не уверена в себе. И не знаю, смогу ли быть счастливой. Черт, эта долгая печаль когда-нибудь кончится? Когда-нибудь, хотя бы раз, упадет на меня теплый луч солнца?
Я слышу, как Адам подбегает ко мне, и разворачиваюсь к нему.
— Я была полна амбиций, у меня были мечты. И что произошло? Я просила о помощи, но мне не верили. Они сломали меня, разбив на чертовы мелкие осколки. Я никому не могу доверять, да я сама себе не доверяю, — рыдаю я.
Адам берет за руки, тянется ближе ко мне. Мы стоим между уличными фонарями, окруженные светом.
— Я буду с тобой и обещаю собрать тебя по этим осколкам. Доверься мне, прошу тебя. Я люблю тебя.
Поднимаю мокрые глаза и пытаюсь разглядеть Адама сквозь слезы.
— Повтори, — прошу я.
— Доверься мне и все…
— Я тоже люблю тебя, — признаюсь я.
Адам убирает слезы на моих щеках и бросает взгляд на губы, потом на глаза, спрашивая разрешения. И я киваю.
