Санса была очень взволнована. Она все так же старалась быть воплощением учтивости, но чувства, эмоции и страхи переполняли ее. Очень хотевший солгать, он посмотрел не нее и… сказал правду.
— Королевский суд… Судилище, — вспоминал он процесс над собой. — Боюсь, у вашего супруга очень много недоброжелателей, среди которых… наследный принц, исходя из того, что я слышал. — Санса закрыла глаза. — Королева выслушает обе стороны, а там… Будет принято решение. Испытания поединком отменены, а наказание королева придумывает сама. Ха-а-а. Эурона Грейджоя сожгли в пламени драконов. Такая же участь ожидала мою сестру, но мой брат придушил ее раньше… За это его сослали на Стену. Точнее… на то, что от нее осталось… Для вас, как и для меня, не секрет, как часто отправляют провинившихся на Стену, — вспомнил он несчастного Неда Старка, и Санса искривила брови. На ресницах девушки заблестели слезы. — Полагаю, королева примет все к сведению. Если то, что вы и вправду действовали по приказу…
Рамси его не слышал. Он думал. С Теоном сладить было не так сложно, но вот говнюк-принц с королевой… Бастард вновь посмотрел на жену. Как же не хотелось с ней расставаться из-за какого-то вонючего Грейджоя или Таргариена.
— Милорд. Стражники…
Вновь вошел этот треклятый слуга, пришедший в этот раз, чтобы разлучить их на неопределенный срок. В комнату вошли конвоиры, и Рамси спешно встал, приблизившись к Сансе.
— А теперь послушай меня, милая, — положил он руку ей на щеку. Он улыбался и смотрел ей прямо в глаза. — Если приговор окажется самым неприятным, не дожидаясь исполнения, ты заберешь моих детей и побежишь за Стену, если понадобится. Еще быстрее, чем ты бежала от меня, — вкрадчиво звучал его голос. — Твой ублюдочный братец им не поможет. Даже не думай об этом. Никто им не поможет. Ты меня поняла? Поняла?
Какой холодной была ее щека. Как и тогда, когда она стала его женой, и он поверить не мог, что она теперь всецело принадлежит ему. Как же он не хотел умирать. Ни тогда, когда голодные собаки-предатели вцепились в его тело, ни сейчас, когда он вдоволь наслаждался своей Дредфортской жизнью подле нее. Ему нужно было спокойно подумать. Приготовиться. Он все хорошенько обдумает. Ведь… В суде выслушают обе стороны. Вонючка еще не знает, в какие игры решился играть.
Его тянули за рукав, напоминая об утекающем времени, и напоследок он притянул ее к себе.
Целовали ее словно в последний раз. Как несправедливо. Он будто оставлял ее одну, словно приговор уже вынесен. Словно его скоро не станет. Неужели он сдался? Так просто? Самый страшный человек восьми королевств оставлял ее одну, позабыв о том, что обязан заботиться, если не о ней, то о детях! Предатель…
Самого страшного человека уводили от нее, а она все еще не могла поверить, чувствуя, как становится безоружной, слабой, беззащитной.
Ее дети… Что она скажет им. Он об этом подумал?
— Жаль, — пропел напоследок Рамси. — От твоих рук умирать было бы куда приятней, милая жена.
Предатель… Предатель. Как же она злилась сейчас на него!
— Звучит так, словно вы сдались, лорд Болтон, — громко проговорила она ему вослед, и остановившийся в дверях бастард покачал головой.
— Что за женщина!
Его увели. Почти следом из комнаты вылетела разозленная Санса. Как быстро она шла, кипя от злости. Ее небольшой каблучок отбивал по плитке ритм предстоящего сражения, и она понимала, что обязана победить. Не ради Рамси, хотя… и с бастардом, защищавшим ее от всяких невзгод, расставаться ей теперь не хотелось. Не сейчас и не ради Теона. Это она тогда не скормила его собакам, помиловав монстра в последний момент, а значит, жизнь Рамси Болтона принадлежала ей, и она с неистовым болтоновским собственничеством от своего отказываться не хотела.
— Я понимаю, ваш муж расстроен, как и вы, — бежал за ней лорд Ланнистер, вдруг остановившись. На перекрестке коридоров он столкнулся с Варисом, направлявшимся к нему, и тот, не зная что произошло, пошел за десницей, спешившим за леди Болтон и Сандором Клиганом. — Вам и вашим детям нечего опасаться… Я сообщу королеве… И…
Санса замерла на месте. Силы оставляли ее. Она одна не могла столько выдержать.
— Твой благоверный прав, — перебил десницу Пес. — Если его убьют, нам нужно будет бежать без оглядки.
Санса Болтон тяжело дышала. Она была на пределе после сегодняшнего дня, и голова ее отказывалась более думать. Хотелось все бросить и упасть прям на этом самом месте, но… она в конце концов была Болтоном.
— Я… Не буду убегать, — зажмурила она глаза. — Не буду, — развернулась она к Тириону. — Я не позволю, чтобы с моей семьей поступили так же, как Ланнистеры поступили со Старками! Нет. Если у меня только посмеют отнять мужа, я не буду ждать, пока у меня заберут моего ребенка. Вы меня слышите? Я отрежу кракену оставшиеся щупальца и камня на камне не оставлю от Пайка! Доброй ночи.
Дрожа, Черная леди шла в темноту. За ней спешил Сандор, напоследок зло посмотрев на карлика и лысого евнуха, и их шаги эхом раздавались по замку.
