– Если ты хочешь узнать больше о своей сестре, начни с Джоша. Он был ее лучшим другом.
Он проводил с ней больше времени, чем любой из нас.
– Да, наверное.
– Иди же. – Папа подтолкнул меня в сторону дороги. – Иди, поговори с ним. Ему больно так
же, как и тебе.
12 Прим. пер
LOVEINBOOKS
26
На подъездной дорожке ногой я очертила круг. Асфальт на мгновение выглянул из-под
воды, но дождь тут же залил его, и вот я снова и снова пытаюсь нарисовать этот круг. Уже двадцать
минут я стояла на подъездной дорожке возле дома Джоша, пытаясь собраться с силами и, наконец,
постучать, но пока не смогла.
– Хватит быть курицей, Элла, это же просто Джош.
Вдохнув наполненный туманом воздух, я приказала ногам сдвинуться с места, заставляя их
сделать эти последние несколько шагов до передней двери.
Яркий фонарь на крыльце, реагирующий на движение, тут же вспыхнул, оповещая о моем
прибытии тех, кто находился сейчас в гостиной. Я не смогу даже извиниться перед Джошем без
свидетелей.
Миссис Уильямс открыла дверь в тот момент, когда я собралась нажать на кнопку звонка.
– Эл…
Она умолкла на полуслове и отступила на шаг, хватаясь за дверную ручку в поисках опоры.
Краска сползла с ее лица. Но я не могла бы осудить ее за эту ошибку.
Дождь смыл макияж, волосы сбились в мокрые пряди вокруг лица. Я выглядела в тот
момент похожей… на себя.
Я должна была сказать что-нибудь, поправить миссис Уильямс или просто пройти мимо, но
я не смогла. Просто стояла там: ноги словно прилипли к крыльцу, а в голове – пустота.
– Мэдди?
Не знаю, что именно она имела в виду: чего я хочу, или Мэдди ли я на самом деле, но я
выбрала первое.
– Здравствуйте, миссис Уильямс. Джош дома?
Отступив на шаг, она махнула рукой – заходи.
– Он наверху. Я позову его.
– Нет. – Последнее, что мне было бы нужно – зрители. – Я поднимусь.
Я двинулась к лестнице, забыв, что Мэдди никогда здесь не была. Она подвозила меня сюда
пару раз. Стояла у обочины и сигналила, пока я не возвращалась, но ни разу не подходила к дому.
Она не могла знать, где находится комната Джоша, и уж тем более, не побежала бы к лестнице как у
себя дома.
– Э… какая комната?
– Последняя справа. Ты уверена, что не хочешь, чтобы я его позвала?
Я потрясла головой и снова шагнула вперед.
– Мэдди? – голос миссис Уильямс заставил меня замереть на месте. Я повернулась, взгляд
метнулся к двери, потом остановился на ней.
Еще было время уйти, время покинуть дом через эту дверь и продолжить свою игру.
– Мне жаль творю сестру, – наконец, сказала она.
– Мне тоже, – и это было совсем слабое и грустное «мне тоже».
Коридор наверху был пуст и темен – за исключением узкой полоски света, просачивающейся
из-под двери Джоша. Я знала, где находятся выключатели, – слева от меня, три штуки, а средний –
диммер. Я не стала нажимать, мне не был нужен свет. Я словно была дома. Я могла бы пройти по
коридору с закрытыми глазами.
Я прошла по темному холлу, точно зная, сколько шагов сделать, в какую дверь постучать.
– Открыто! – крикнул он.
Я медленно повернула медную ручку. Часть меня уже знала, что я пожалею об этом – о том,
что признаю ложь, в которой собираюсь жить до конца дней. Другая часть меня, та часть, которая
направляла меня на пути сюда, знала, что Джош заслуживал объяснения.
Я приоткрыла дверь – самую чуточку, чтобы только можно было проскользнуть внутрь, –
все еще колеблясь между желанием войти и убежать. Он сидел на полу, скрестив ноги, тетрадь по
истории лежала перед ним.
Я покачала головой, чувствуя отвращение к самой себе. Сколько вечеров я провела, сидя на
этом полу, корпя над тетрадью по физике или латинским переводом. Это был тот самый Джош,
LOVEINBOOKS
которого я всегда знала, тот Джош, к которому я всегда могла прийти с любой, самой глупой
проблемой.
Он оторвал взгляд от тетрадок, выражение лица стало настороженным.
– Привет, Элла.
Я слышала, как он произносит мое имя, наверное, тысячу раз. Как выкрикивает его во время
нашей последней ссоры по поводу того, какой инди-фильм мы будем смотреть на октябрьской
встрече клуба аниме. Как шепчет его, пытаясь привлечь внимание на уроке на следующий день –
чтобы извиниться. Но никогда раньше он не звучал такой… констатацией.
– Что я наделала? – Как только эти слова сорвались с моих губ, слезы, с которыми я
сражалась, полились из глаз, и тело затряслось от рыданий.
Он поднялся, закрыл дверь и обнял меня. Я не сопротивлялась, когда он притянул мою
голову к своей груди. Не осталось ни сил, ни желания лгать человеку, который меня по-настоящему
знает.
Уверенное ритмичное биение его сердца звучало под моей щекой. Руки Джоша гладили меня
по спине. Его щека согревала мою макушку, убаюкивающий звук голоса был умиротворяющим,
идеальным.
