Ядерный удар «Томагавками» по четырём городам Кубы — Гаване, Санта-Кларе, Камагуэю и Ольгину последовал менее чем через два часа после данного разговора. Это уже были серьёзные боеголовки под сотню килотонн каждая, и от вышеперечисленных городов мало что осталось. К счастью, к этому времени эвакуация (и организованная и стихийная) гражданского населения в сельскую местность шла полным ходом, и хотя жертвы были огромны, но они были меньшими, чем в том случае, если бы удар такого же масштаба был совершенно неожиданным.
Не очень доверяя своим подчинённым, Уайнбергер и генерал Джонс на всякий случай санкционировали проведение «после полного прояснения обстановки» новых авиаударов против Кубы, в том числе с применением тактического ядерного оружия, если это потребуется. Однако состояние ударной авиагруппировки уже внушало определённые опасения американским генералам, и они не считали повторные авиационные налёты целесообразными. Откровенно говоря, они очень надеялись, что после такого Фидель Кастро точно выкинет белый флаг. А зря...
Потому что сразу после получения информации о ядерных ударах по Гаване и двум другим городам штаб ГСВК тут же принял меры по адекватному ответу.
Ядерные грибы и пепел, поднявшийся над горящими кубинскими городами, ещё не успели толком осесть, когда с тщательно замаскированной пусковой позиции, расположенной между Сагуа-ла-Гранде и Кайбарьеном, хитрые спецы полковника Уткина запустили две крылатые ракеты Х-55, из четырёх имеющихся в их распоряжении. Отследить подобную ракету и в обычных, полигонных, условиях довольно сложно, а сейчас, в момент, когда ЭМИ от четырёх крупных ядерных взрывов максимально осложнил наблюдение, а большинство американских РЛС и прочей аппаратуры было и вовсе отключено, по соображениям безопасности, подлетающие на предельно малой высоте крылатые ракеты не видел вообще никто. Менее чем через час после того, как с лица земли были стёрты Гавана, Санта-Клара, Камагуэй и Ольгин, одна из ракет сработала над Майами, а вторая, спустя считаные секунды — над Джексонвиллом. В каждой было по паре сотен килотонн в тротиловом эквиваленте. В Майами и его окрестностях в этот момент находилось до полумиллиона американцев...
Никакой воздушной тревоги гражданская оборона и армия США на территории Флориды не объявляли. Там вообще шла вполне обычная жизнь, улицы и пляжи были полны народу. Разве что в воздухе в последние двое суток было слишком много инверсионных следов от боевых самолётов, что затрудняло воздушное сообщение и привлекало внимание зевак. При этом гражданские авиарейсы всех без исключения авиакомпаний в Майами и на другие местные курорты в эти дни отменялись и откладывались с завидным постоянством, к всеобщему неудовольствию обывателей — американцы пока что упорно не хотели понимать, что гражданские аэропорты уже были задействованы в операции против Кубы.
А ещё по всей Флориде отмечалось активное движение крупных колонн военной техники, на улицах и перекрёстках дорог стояли дополнительные армейские и полицейские патрули.
Это вызывало разве что любопытство (в Майами дополнительные полицейские посты и военная полиция сосредоточились в основном вокруг районов Маленькая Гавана, Маленькое Гаити и Овертаун, поскольку власти ждали от «понаехавших эмигрантов» каких-нибудь протестных акций в поддержку Кастро) и опять-таки объяснялось началом военной операции против Кубы. Никакого ажиотажа или паники, аналогичной той, что была в 1962 году, Во время Карибского кризиса, нигде не наблюдалось. Даже когда начались серьёзные проблемы со связью и телевещанием.
Тем не менее, очень многие американские обыватели 20 июня 1982 года увидели репортаж съёмочной группы телеканала FTC2, неожиданно ставший последним. Репортаж совершенно не касался боевых действий против Кубы, камеры передвижной телестудии были расположены на окраине Майами и показывали обычный репортаж на фоне городского пейзажа. И в какой-то момент где-то над Вирджиния-Ки, за белесыми от закатного летнего солнца небоскрёбами, вдруг полыхнула яркая вспышка (яркая настолько, что затмила солнечный свет), сопровождавшаяся очень сильным гулом. Журналист Руди Биннеман, который в этот момент вёл репортаж, резко оборвал на полуслове свою очередную реплику и обернулся в сторону неожиданно возникшего шума. Всё это заняло буквально пару секунд, после чего трансляция мгновенно прервалась и по серому экрану на соответствующем канале затанцевала чёрная рябь, которую через десять минут сменила заставка с надписью о технических неполадках.
Очень многим в США после этого стало ясно, что происходит что-то очень нехорошее.
