Давно уже Снейп так не хохотал. Впрочем, «давно» — это, пожалуй, не то слово. Он не смеялся так никогда в жизни. Отсмеявшись, Снейп взглянул на довольную Альку, только что хохотавшую вместе с ним:
— Сами придумали?
— А то! Не только придумала, но и растиражировала по всей школе.
— Зачем?
— Просто так. У меня на родине анекдоты рассказывают про тех персонажей, которых больше всего любят. Так что… народ должен знать своих героев.
— Ну, Эйлин… Умеете вы удивлять. Я думал, что знаю, чего от вас ждать. А у вас сюрпризов — как в рождественском пироге.
— Подумаешь… — вспомнился Альке кот Матроскин, — я ещё и вышивать умею… Только вот беда — никто не ценит, — притворно вздохнула Алька.
— Как это — никто? Думаю, вся школа оценила, — подыграл ей Снейп.
— Кроме того, для кого я, собственно, и стараюсь.
— Ну тогда — за ваши таланты, — Снейп поднял бокал и выпил. Алька тоже сделала глоток.
— А ещё есть анекдоты в том же духе? — поинтересовался Снейп.
— Есть, — охотно откликнулась Алька. — Думаю, вам понравится. Снейп на уроке говорит ученикам: «Сегодня утром ко мне прилетела белая полярная сова и принесла письмо, в котором было только одно слово — козёл. Я ещё ни разу не получал писем, состоящих лишь из одной подписи».
И снова наградой ей был хохот Снейпа. Да, это был неплохой подарок для Альки. Беззаботно смеющийся Снейп — кто мог похвастать, что видел такое зрелище?
— Эйлин, ведь Поттер, кажется, ваш друг? — спросил, улыбаясь, Снейп.
— Да, — кивнула Алька.
— И он не обижается на вас за такие анекдоты?
— А я ему их не рассказываю, — хитро прищурилась Алька.
— Почему? Боитесь обидеть?
— Нет. Просто он и без того считает, что я к вам слишком хорошо отношусь.
— Разве он не прав?
— Прав, если убрать слово «слишком».
— Эйлин, а есть среди ваших анекдотов обидные для меня? — поинтересовался Снейп.
— Ну-у-у… Разве что вот этот: «Возвращается пьяненький Гарри из Хогсмида в Хогвартс. Очёчки треснули, в каждом кармане мантии по бутылке огневиски. Дорога проходит через кладбище. Вдруг Гарри видит перед собой расплывчатое красное пятно. «Ты кто?», — спрашивает Гарри. «Я — красное кладбищенское чудовище» «Выпьем?» — спрашивает Гарри. «Выпьем», — соглашается чудовище. Распили бутылку огневиски, и Гарри побрёл дальше. Вдруг перед ним возникло жёлтое расплывчатое пятно. «Ты кто?» — «Я — жёлтое кладбищенское чудовище». «Выпьем?» — спрашивает Гарри. «Выпьем», — соглашается чудовище. Распили вторую бутылку огневиски. Дальше Гарри уже ползком, но всё-таки направляется в Хогвартс. Вдруг перед ним возникает чёрное расплывчатое пятно. «О, а я знаю, кто ты, — радуется Гарри. — Ты — чёрное кладбищенское чудовище» А оно ему и говорит: «Пятьдесят баллов с Гриффиндора! И месяц чистки котлов»
Снейп смеялся до слёз.
— Эйлин, вы чудо, — он даже не поскупился на комплимент. Алька была счастлива. Он взял бокал с остатками вина на дне и сказал:
— Спасибо вам, что дали себе труд родиться на свет.
— Ну, это, скорее, не мне, а моим родителям спасибо. Я здесь совершенно ни при чём.
— И им тоже, — согласился Снейп, допивая вино.
Костёр догорел. Угощение было съедено. Оба понимали, что пора отправляться обратно в замок, чтобы сохранить то хорошее настроение, которое принёс им этот вечер. Иначе вернутся тяжёлые мысли и тогда… Тогда воспоминания об этом вечере будут грустными, а им обоим этого не хотелось.
— Вы когда уезжаете? — спросила его Алька по дороге в замок.
— Завтра утром.
— Надолго?
— Не знаю.
— Передавайте привет Стинки.
— Хорошо. Он скучает по вам.
— А вы? — поинтересовалась Алька. После непродолжительной паузы он отозвался:
— Я тоже
.- И я… — вздохнула Алька.Они стояли перед дверью в комнату Снейпа.
— Спокойной ночи, господин профессор.
— Спокойной ночи, Эйлин. Спасибо вам за приятный вечер.
— И вам, господин профессор. — Алька чуть помолчала и тихонько добавила: — Берегите себя.
