Ванна все больше наполняется, льется теплая струя, вода обнимает, гладит тело, выгоняя из него усталость. Такую ванну — хотя бы десять лет назад… В первое время после переезда из местечка в Москву Михл торговал на улице папиросами. В мороз коченели руки. Пальцы перчаток были срезаны, чтобы легче было брать деньги, давать сдачу. Придя домой, он говорил, что мороз у него пробрался под ногти. Посадить бы его тогда в горячую ванну, он бы почувствовал себя как в раю…
Дочка Лиза, продолжает Ита размышлять, торгует в большом книжном магазине, в самом центре Москвы, там тепло, чисто, она имеет дело исключительно с культурной публикой — некультурные не ходят в книжные магазины, не покупают книг, — и все-таки она стесняется своей работы, нарочно устроилась подальше от дома и каждый день тратит деньги на автобус и метро, лишь бы знакомые не увидели ее за прилавком. Возможно, она права. Молодой человек — инженер — хочет непременно, чтобы жена у него была инженерша, докторша, фельдшерицу уже берет неохотно. Теперешние парня сразу спрашивают: где она работает? Где учится? На улице, которую теперь снесли, Ита уже имела в виду двух хороших парней. Если с одним не получится, был про запас другой, еще лучший. Теперь они разлетелись, получили новые квартиры — один в Кузьминках, другой еще где-то, поди найди, не слышно их и не видно. У них достаточно невест и на новом месте.
Однако сколько можно наслаждаться ванной среди бела дня? Ита поднялась, неловко подвернула ногу и поскользнулась. Ее счастье, что успела схватиться за веревку, висевшую под потолком. Расслабленная, разморенная, кое-как завернувшись в чистую простыню и завязав голову белым чепчиком, слегка прихрамывая, она поплелась в комнату. «Хорошо хоть, что не нужно высоко взбираться», — подумала она, ложась на тахту.
Она сладко вздремнула, прошел час, а может быть, два, пока она открыла глаза. Звонят. Или это кажется ей? В голове шумит, как от водопада. Нет, шум в голове — это само собой, но действительно звонят, все сильней, настойчивей, прямо сверлят уши. Кто бы это? Михл имеет ключ от квартиры, Лиза — тоже. Может, мальчишки, шалопаи, озорничают, они не могут спокойно пройти мимо двери, чтобы не нажать кнопку. Но вот снова звонок. Ита наспех застегнула пуговицы халата и засеменила к двери.
— Что случилось? Горит? Пожар? — разглядывала она нетерпеливого юношу, который, едва только она открыла дверь, устремился в коридор, словно разгоряченный жеребенок.
— Не пожар, мамаша, а наводнение, — ответил парень тревожным голосом, каким обычно вызывают по телефону «скорую помощь». — У нас весь потолок мокрый. Разрешите посмотреть, что тут у вас творится.
Растерянная, ошеломленная Ита осталась стоять в коридоре. Неожиданный гость, сделав два больших шага, тотчас оказался в ванной комнате. Здесь и в самом деле было наводнение. Откуда-то просачивалась вода, она уже проникла и на кухню. Скинув пиджак и бросив его на табуретку, где лежали некоторые туалетные принадлежности Иты, парень засучил рукав лавсановой рубашки и погрузил всю руку до самого плеча в ванну, начал прочищать закупорившийся водосток. С веселым гулом вода стала быстро уходить, тогда он в кухне схватил помойное ведро, но ведром вода не набиралась, и тогда пошла в ход тряпка.
Между тем Ита уже немного пришла в себя и попыталась забрать тряпку у парня, — это она сумеет лучше его, но тот, посмотрев на ее старое, бледное лицо, решил продолжать сам. Он скинул с ног насквозь промокшие сандалеты, повыше подвернул брюки — сделать это было не так легко, так как они были узкие. Тряпку он всякий раз выкручивал с такой силой, словно это была подкова и он должен сломать ее. Он еще весь был погружен в эту работу, когда на пороге ванной комнаты появилась Лиза. В одной руке она держала замшевую сумочку с застежкой-«молнией», в другой — толстую книгу в красочной суперобложке. Ее смугло-розовые худощавые щеки вспыхнули и ярко заалели.
— Мама, что здесь происходит? — вытаращила она глаза.
— Ой, беда, дитя мое, — обняла ее Ита. — Я бы здесь сама утонула и потопила весь дом. Скажи спасибо молодому человеку, если бы не он…
Увидев молодую девушку, парень решил, что теперь есть кому передать тряпку. Торопливо оправил брюки, всунул ноги в сандалеты, предварительно вылив из них набравшуюся воду, надел пиджак и, проронив мужским баском «до свидания», направился к выходу. Он хотел поскорее уйти, но ему пришлось задержаться: никак не мог отпереть хитроумный замок, который открывался не как все, поворотом ключа слева направо, а наоборот — справа налево. Лиза показала парню, как нужно открыть замок, при этом ее сухие чистые пальцы коснулись его влажной руки.
Парень пулей вылетел на лестничную площадку.
— Спасибо, дорогой! — крикнула ему вслед Ита.
— Кто это? — спросила Лиза, указывая на дверь.
— А я знаю? — пожала Ита плечами. — Ангел с неба. Мессия. Я бы тут погибла.
— Как он вошел?
— Что значит — как? Через дверь.
— А если он жулик, вор, бандит? Помнишь, мама, рассказывали про одного рецидивиста, который ходил по домам и убивал маленьких детей и стариков?
