— Потому‑то разрыв отношений и вызывает такую боль, — мягким тоном произнесла Рейчел. — И люди стараются этого не допускать. А чтобы справиться с последствиями, нужно время. Полагаю, тебе необходимо отвлечься от всего этого. Попробуй сотворить что‑нибудь такое, чего никогда не делала, когда рядом находился Картер. Например, прогуляйся с Джу, несмотря на то, что у нее не все в порядке с мозгами. Или со мной. Или с Зои. Но при этом всячески избегай каких‑либо контактов с Картером и… Сильвианом, — торопливо добавила она. — Неудачная замена нужна тебе сейчас меньше всего. Для начала следует понять, какой ты теперь стала, а уж потом решать, на кого направить свой взор. Откуда мне знать? Может, тебе и впрямь нужен Сильвиан. А может, и нет. Попытка как можно быстрей заполнить вакуум, оставшийся после разрыва, обычно ни к чему хорошему не приводит. Так что никуда не спеши и, медленно взмахивая веслами, плыви себе на лодочке по течению, обозревая берега реки Элли‑ривер.
Элли, хотя глаза у нее и были на мокром месте, чуть не расхохоталась.
— Бог знает, какую ерунду ты иногда говоришь, — сказала она. — Даже не верится!
— Мне тоже, — рассмеялась Рейчел. — Так что можешь считать эту психотерапевтическую сессию законченной. Счет я тебе пришлю позже.
Элли пыталась следовать совету Рейчел. К примеру, заставила себя отправиться в комнату отдыха и играть в шахматы с Джу. Вернее, проигрывать Джу, поскольку последняя играла великолепно. Потом пошла в зал кикбоксинга с Зои, которая любила боксировать, но еще больше драться ногами. После этого сидела во время обеда за одним столом с Лукасом и Рейчел и разговаривала о естественных науках, которые, скажем так, ее не слишком интересовали.
После этого занялась аутотренингом, с тем чтобы, войдя в помещение, не вертеть во все стороны головой в надежде увидеть Картера. А если Картер все‑таки входил в комнату, опустить глаза и не поднимать их, пока он не удалится.
По счастью, Картер теперь сидел во время обеда за дальним столом и болтал с Джулией и ее друзьями. Все их общие знакомые пытались общаться с ними по отдельности, стараясь не становиться на ту или иную сторону, хотя разделение лояльностей рано или поздно должно было произойти.
— Меня бросает в дрожь при мысли, что со временем образуется команда Картера и команда Элли, — сказала она однажды Джу, когда они играли очередную шахматную блиц‑партию в переполненной после обеда комнате отдыха. — Тем не менее это происходит.
Девушки сидели на полу у низенького шахматного столика, так что со стороны двери и стоявшей в центре софы их практически не было видно. Сидевший за фортепиано молодой человек наигрывал джазовую интерпретацию какой‑то песенки в стиле рок. Некоторые ученики танцевали в центре комнаты перед выстроившимися в ряд книжными шкафами. Шум в комнате отдыха стоял оглушительный, поскольку каждый говорил и делал, что хотел. Элли неожиданно почувствовала, что ей нравятся царившие в комнате вольный дух и анархическая обстановка.
— Так всегда бывает, — с важным видом сказала Джу. — Шах! Пора тебе, дорогуша, научиться наконец правильно использовать ладью. Что она у тебя без дела стоит?.. Возвращаясь же к затронутой тобой теме, могу сказать, что это еще не самый плохой случай. Когда мы с Лукасом разбежались… Короче, поскольку мы страшно злились друг на друга, здесь создалась обстановочка почище, чем в Палестине. Раскаленная, одним словом. — В голосе Джу проскользнули драматические нотки, и Элли не смогла удержаться от улыбки. Интересное дело: в последнее время подруга вела себя довольно спокойно, на крик почти не срывалась, и все больше походила на прежнюю живую, веселую и обаятельную Джу. И это не могло не радовать Элли. — Бывшие приятели, ставшие на мою сторону или на сторону Лукаса, вели себя по отношению к представителям противоположного лагеря враждебно. Но вы, ребята… — В этот момент Элли решила пустить в ход ладью, как ей советовала подруга, и сделала ход. — Шах и мат! Господи, Элли, ты, наверное, никогда не научишься… Но вы, ребята, вроде как особой вражды по отношению друг к другу не демонстрируете. Просто игнорируете один другого, а это облегчает жизнь. Вашим друзьям и подругам, хочу я сказать. Тебе, я знаю, сейчас не сладко приходится.
— Слушай. — Элли начала вновь устанавливать шахматы на доску. — А ты с Картером разговариваешь?
— Разумеется! Каждый день. В этом‑то и заключается главная мерзость расставаний. Все друг с другом общаются, кроме вас двоих.
Эта мысль как‑то не приходила прежде Элли в голову, и она замерла, зажав в кулаке своего короля. Потом спросила:
— Ну и как он там?
Джу ответила ей сочувственным взглядом.
