И Райлан как волшебник протыкал дротиками шарики, чтобы выиграть для Марии большую мягкую игрушку – носорога. В тире он неизменно сбивал волков, петухов, медведей, койотов, как только они поворачивались, и завоевал для Брэдли робота.
– Нет, серьезно! – не отставала Эдриен. – Как ты это делаешь?
Он только пожал плечами:
– Такая у меня суперсила. Вон там мячи кидают. – Он показал рукой. – Тебе там что-нибудь нравится?
Эдриен засмеялась.
– Пожалей владельцев, Человек Непобедимый.
– Мне нравится тот осьминог, – сказал ему Финеас. – По-латыни – октопус. «Окто» – это значит восемь, потому что у них восемь щупалец.
– Посмотрим, что можно сделать.
Он добыл для Финеаса осьминога, а для Коллина змею.
– А мне вот это. – Джо показал в сторону молота-силомера. – Я молотом достаточно махал, у меня этот звоночек зазвонит.
Он передал Майе выигранный световой меч, повел плечами.
Занес молот и обрушил его вниз. Стрелка чуть-чуть не дошла до верху, и Джо взял тренировочный раунд, потратив еще билет.
Второй взмах – звонок зазвонил, замигали лампочки.
– Мой силач.
Майя, трепеща ресницами, взяла мягкую игрушку – большеглазую корову.
– На меня не смотрите! – Монро, смеясь, взмахнул руками. – Я уже на чистом везении выиграл магические кристаллы, и вообще я музыкант, а не бог Тор.
Райлан не успел двинуться с места, как руку подняла Эдриен:
– Я попробую.
Оператор аттракциона ей улыбнулся:
– Флаг в руки, девушка.
Молот оказался тяжелее, чем можно было ожидать, но Эдриен приняла стойку, занесла его и обрушила вниз.
Вес остановился за добрых десять дюймов до звонка.
– Приз за старание, малышка.
Оператор подал ей ленту для волос в цветочках.
Эдриен надела ленту, повела плечами назад, потом вперед.
– Еще разок.
Райлан оторвал билеты.
Эдриен стиснула рукоять, встала в стойку, повела головой из стороны в сторону. Вдохнула. Выдохнула. Вдохнула еще раз и обрушила молот на выдохе.
Вес взлетел до самого верха, ударил в звонок, включил мигающие лампы.
– У малышек вот этого нет. – Эдриен напрягла бицепс.
Оператор засмеялся:
– Что да, то да.
Примерно к тому времени, когда Эдриен ударила в звонок, Рейчел нашла еще двух убитых женщин; всего их стало восемь.
«Больше двадцати процентов», – подумала она.
На это уже никто не сможет закрыть глаза. Никто.
Она все записала, разослала по экземпляру ведущему дело следователю в Вашингтоне и агенту ФБР.
Оставила каждому из них голосовое сообщение с рекомендацией поторопиться допросить Никки Беннетт.
И все, к чертям, подумала она. Одну вещь она еще сделает сама.
Рейчел написала мужу:
Когда она запирала двери, уходя, он написал в ответ:
Она улыбнулась, закрывая за собой дверь.
Когда зазвонил телефон, на экране высветилось «абонент не определен». Рейчел при специфике своей работы не могла просто не ответить.
– Рейчел Мак-Ни.
– Миз Мак-Ни, это детектив Роберт Морстед из полиции Ричмонда. Отдел особо тяжких.
– Из Ричмонда, – повторила она, чувствуя, как холодеет кровь.
– Ваш телефон был найден в адресной книжке Трейси Поттер.
Рейчел прислонилась спиной к закрытой двери:
– Могу я узнать ваш номер бейджа, чтобы проверить, что вы действительно детектив Морстед?
Он ей выдал нужную информацию, включая фамилию своего начальника. Она снова отперла дверь, включила свет.
– Подождите минутку, пожалуйста.
Снова сев за стол, она перезвонила ему по стационарному телефону для проверки. Потом закрыла глаза на минуту.
– Детектив Морстед, я выходила на контакт с Трейси Поттер и говорила с ней дважды в связи с расследованием, которое сейчас веду. Что с ней случилось? Детектив, я десять лет работала в Вашингтоне, можете проверить. Сейчас я работаю в контакте с детективами Бауэром и Вочовски из полиции штата и со спецагентом ФБР Марлен Кребс. – Она достала новую бутылку воды. – Вы из отдела особо тяжких. Значит, Трейси Поттер серьезно ранена или убита.
– Убийство миз Поттер тут по всем новостным каналам.
