Взгляд Тиа был слишком понимающим. Я мрачно улыбнулась.
– Да, просто дурной сон. Ты же знаешь меня и эти навязчивые сны.
Тиа решительно шагнула к двери и прильнула к глазку.
– О, смотри-ка, Габби, твой ночной гость только что ушел. Похоже, тебе можно вернуться к себе.
– Отлично. – Габби встала, собираясь уходить. – Что ж, юные леди, увидимся позже. Постарайся сегодня ночью не напугать нас всех до смерти, Джесс.
– Я посмотрю, что можно сделать.
Тиа закрыла за ней дверь.
– Ладно, давай выкладывай, что случилось на этот раз?
Я ничего не упустила и даже подсунула ей утреннюю газету, которую сохранила как доказательство того, насколько скрупулезным – и пугающим – становился мой новый нежеланный дар.
На протяжении моего рассказа Тиа хранила полное молчание и теперь просто уставилась в газету, очень медленно покачивая головой.
– Значит, Эван не единственный.
– Думаю, что нет.
– Интересно, почему мальчик явился тебе, ведь ты его совсем не знала. Выходит, дело уже не в нем самом.
– Вот именно.
Когда она подняла глаза и заговорила, ее голос звучал почти шепотом:
– Слава богу, что у тебя завтра начинаются занятия на том курсе, Джесс.
Я подумала о том, сколько призраков могло бы пробраться ко мне, и внезапно почувствовала тошноту.
– Ты читаешь мои мысли.
Я тащилась по свежевыпавшему снегу на занятие профессора Пирса, испытывая что-то вроде яростного удовлетворения. Я чувствовала себя окрыленной, готовой к любым вызовам, чего не бывало со мной с того первого дня в библиотеке, когда мы приступили к поискам Эвана. Полночи я провела за чтением учебника по парапсихологии. Он мало чем отличался от большинства научных трудов, написанный с клинической точки зрения и изобилующий бесстрастным профессиональным жаргоном. Казалось, текст имеет мало общего с моим глубоко эмоциональным личным опытом. И все же я надеялась, что доктор Пирс сможет все это объяснить и я каким-то образом начну находить нужные мне ответы.
– Джесс! Привет!
Я подняла глаза и увидела, что следом за мной трусит Сэм.
– И тебе привет. – Я остановилась, чтобы он мог меня догнать.
– Куда направляешься? – спросил он.
– Э-э-э, у меня занятия в Харрисоне.
– Да, я догадался, входная дверь прямо перед тобой, – усмехнулся Сэм. – Я имел в виду, какой у тебя семинар?
– Введение в парапсихологию.
Реакция последовала предсказуемая.
– Что? Но ты же первокурсница, а это семинар для выпускников! Как, черт возьми, тебе это удалось?
– Может, дело в моей дьявольской привлекательности?
Сэм недоверчиво покачал головой.
– Надо же, я впечатлен. Не могу поверить, что Пирс сдался и принял тебя.
– Это не то, о чем ты подумал, Сэм, – солгала я, на редкость гладко, чего сама от себя не ожидала. – Просто один из моих школьных учителей в Нью-Йорке был его приятелем. Он отправил Пирсу электронное письмо, и так мы познакомились. В любом случае, я здесь как вольный слушатель.
– О… И все же я понятия не имел, что тебя интересует такая хрень. В том смысле, что после всей этой истории с ночным кошмаром я бы предположил, что это за пределами твоей зоны комфорта.
Я просто пожала плечами и попыталась сменить тему:
– А ты на какой семинар идешь?
Сэм обнял меня за плечи.
– Введение в парапсихологию.
Я была слишком потрясена, чтобы сохранять хладнокровие.
– Что?! Но и ты ведь не с выпускного курса! Как
– Одна из плюшек работы в кампусе. Я ассистент-лаборант у Пирса. – В его голосе прозвучали нотки гордости.
– Кто-нибудь объяснит мне, почему все остальные получают такую интересную работу, а я в сеточке для волос вынуждена раскладывать мясные запеканки! – закричала я.
– Успокойся, я на первом курсе тоже пахал в столовой – просто это, пожалуй, единственная работа, которую дают первокурсникам. Я начал работать у Пирса только прошлой осенью. Моя специализация – биология, поэтому меня назначили к одному из профессоров научного отделения.
– И каково это, работать у него? Чем ты занимаешься? – Я старалась говорить непринужденно, хотя сгорала от любопытства.
Сэм понимающе усмехнулся.
– Да, поначалу он выглядит довольно устрашающе. Ведет себя как придурок. Но на самом деле у него в лаборатории довольно круто. В основном я просто устанавливаю оборудование и систематизирую документы. Еще я стал экспертом в искусстве использования копировального аппарата. Так что после семестра, в течение которого я ничего не испортил, Пирс разрешил мне посещать занятия, если захочу. Думаю, это одно из преимуществ моей работы.
Он придержал для меня дверь. Иметь знакомых на курсе, может, и неплохо, и все же я не могла отделаться от мысли, что это все усложнит. Еще как усложнит.
