Турболёт «Тау» опустился практически на уровень высоты краёв жерла, огибая на бреющем полёте неровную каменистую поверхность. Горячий воздух от четырёх турбин едва заметно искажал пространство за собой. Отражающийся от небольшого озера на дне кратера меркнущий ольмирский свет преломлялся от маскировочного поля, поддерживая невидимость чёрной машины. С приездом трёх энергомобилей, сопровождаемых «опустошителями», в храме впервые появилось движение. Анроты в чёрных балахонах с голубыми символами, нескладные мутоты самых разных разновидностей, начиная от «полтергейстов» и заканчивая доселе невиданными моделями, и полуорганические создания, до появления «Рассвета» бывшие обычными киборгами, поклоняющимися Легенде о Пантеоне. «Тау» не видели их лиц, скрытых за лицевыми пластинами, но горящие под капюшонами и накидками глаза говорили о том, что интеграция устройств в их организмы уже достигла стадии замены мозга и сердца.
— Повторите план, — Лункс в полном облачении стоял в арсенале позади остальной команды, готовящейся к десантированию.
— Я спускаюсь на тросах вниз и устанавливаю заряды взрывчатки на энергостанции, — громко воскликнул Скир, взбудораженный близостью драки и их прямого врага, — после чего, иду к главному входу.
— Обеспечиваю вам прикрытие и устранение крупных целей, — негромко и жёстко произнесла Акку, держа в руках внушительных размеров снайперскую винтовку, способную пробить всё что угодно, кроме энергетических щитов.
— Блокирую механизм главного входа, — ухмыльнулся Мар, затушив электросигарету, подаренную ему А-Трибуном Хангел, с которым он успел подружиться в Аполотоне, — и убиваю всех, кто попытается проникнуть внутрь.
— Я сломаю им средства связи, лишив возможности послать сигнал о помощи, — недовольно цыкнув, сказала Пиджи, надевая шлем, — и спускаюсь вниз к остальным.
— Лефит? — Лункс также подключил шлем к основному генератору костюма, включая интерфейс и внутреннюю связь.
— Остаюсь в невидимости и слежу за «Сигмой», — сухо ответил тот в наушники.
— Хорошо, — турболёт затормозил, зависнув неподалёку от подъёма к каменной площадке, на которой стояло здание, — по моей команде, — створка арсенала ушла вниз, впуская внутрь салона воздух с едва ощутимым ароматом серы. Тела анимагенов растворились в персональных полях маскировки. Оружие вспыхнуло индикаторами, разгоняя частицы и раскаляя стержни, — пошли!
Первой прыгнула Акку, расправив крылья и взлетая как можно выше, чтобы видеть весь двор и кратер. Следом рванула Пиджи, стрелой метнувшись к мигающим красными огнями антеннам на башне храма. Едва слышный гул двигателей воробьихи затих с очередным порывом ветра, как и шаги Скира, пружиной спрыгнувшим на утёсы внизу. Рыжий беот ловко перепрыгивал со скалы на скалу, подбираясь всё ближе к толстым сегментам труб термической электростанции, преобразующей жар лавы вулкана в электричество для построек. Лункс и Мар спустились последними, тут же ринувшись к площадке. Сидевшие внутри небольшой сторожки анроты повернули уши к едва различимым шагам, но так никого и не увидели, недоумевающе пожав плечами. Постройки Последователей немного отличались от привычных для остальных анимагенов сооружений. Немного угловатые конструкции выглядели донельзя простыми и непритязательными, чёрная краска на отшлифованном бетоне местами уже начала трескаться, а сквозь щели между камней пробилась трава. Простые, но толстые стёкла отражали рыжеватые лучи клонящегося к закату Ольмира, но помещения внутри выглядели вполне уютно и не вызывали отторжения у Лункса и Мара. Сектанты жили просто, но явно заботились о себе, не опускаясь до уровня грязных бродяг, вроде прошлых адептов Пантеона. Чувствовалась сильная рука приверженцев «Нового Рассвета», сплотивших вокруг себя идейных последователей.
Вынув из-за пояса плоский круглый прибор, Лункс прилепил его к окну на первом этаже, активировав нажатием кнопки посередине. Устройство совершило оборот внешней пластиной, тонкими лазерными лучами прощупывая диаметр стекла, после чего вспыхнуло, отделив отмеченную часть, провалившуюся прямо в руку рысю. Позади раздался шум и глухой стон. Обернувшись, он увидел исчезающие в проёме сторожки ноги анрота и волочащийся за ним след смоула.
— Мар, живее! — прошипел он, заметив мелькнувшую в воздухе чёрную полоску маслянистой жидкости сброшенной с ножа. — Займи позицию и жди сигнала!
— Будет сделано, — с маниакальной улыбкой ответил тот. Лункс не видел его лица, но был уверен, что ему бы не понравилось это зрелище. Мара прозвали «Мародёром» не просто так. Он обожал собирать «трофеи» со своих жертв, удовлетворяя жажду убийства и охоты. И даже сейчас Лункс услышал тихий звон металлических амулетов сектантов, которые тот снял с трупов.
