Низкий, немного зловещий тон барабанов захватывал сознание и дурманил голову — музыканты сидели в самом центре, вокруг мозаичного фонтана, и покачивались в такт ритму. Вокруг их ладоней вспыхивала жёлтым магия Нарцины. В красноватой полутьме всё казалось волшебным, нереальным, вымышленным. Я шагала, едва не натыкаясь на других гостей, и вертела головой.
Между фигурами, укутанными в цвет Проказницы Луны, неспешно прогуливались местные обитатели — полуголые, прикрытые едва заметными клочками ткани. В таком освещении их кожа казалась сияющей. Бокалы на подносах подавальщиков играли гранями, от безумного круговорота сцен разбегались глаза.
— Вина? — спросил молодой Батор, перекрикивая шум, и тут же подхватил два бокала, хотя от волнения я даже не успела подумать, хочу ли вина.
Стиснула хрустальный кубок дрожащими пальцами так сильно, что тот едва не хрустнул, приложилась к напитку, не чувствуя вкуса, и вдруг заметила невысокую леди в трёх шагах. Капюшон съехал, открывая высокий лоб и аккуратную причёску, и я отступила в тень ближайшего крыльца. Женщина на меня не смотрела — она проводила ладонями по телу молодого парня — длинноволосого блондина. В следующий миг рука благородной леди скользнула под пояс брюк. С ума сойти, это было катастрофически неприлично, но до безумия красиво! Мне бы стоило отвернуться, но я узнала раскосые, чуть пьяные глаза ментора Виттора Оуренского, поэтому продолжала глазеть. Я не могла обознаться.
— Госпожа Томсон, — потрясённо проговорила я.
— Тсссс, — тут же шикнул Ренуард. — Здесь никто никого не знает. Здесь царит тайна. Каждый, кто ступает на Остров Вздохов, оставляет своё имя за воротами. Есть просто женщины и просто мужчины, которые исполняют свои желания под светом сотен Красных Лун.
Я снова глотнула вина. Оно оказалось превосходным, со сливочным, немного пряным вкусом и льдом, плавающим в бокале. Понятия не имею, как добыли лёд в Баторе. Но холодный напиток был божественен. Опустошив бокал, я поставила его на поднос проходящей мимо подавальщицы. Прекрасная как одна из прислужниц господина Демиурга, одетая только в драгоценное колье и пару браслетов, подавальщица глянула на меня пристально, из-под ресниц, призывно. Она облизнула губы и соблазнительно улыбнулась, хотя, — клянусь! — она никак не могла видеть моего лица под капюшоном.
— Сюда, — позвал Ренуард и увлек меня за собой.
Его голос оставался маяком в таинственном, подрагивающем царстве исполнения желаний.
Мы прошли под гирляндой сверкающих шаров, пропустили группу из красных накидок и двинулись куда-то влево. Молодой Батор явно знал, куда меня ведёт, но я вдруг замедлила шаг, раскрыв рот. По лозе, обвивающей фасад дома, поднималась стройная и гибкая девушка с зелёной кожей. Конечно же, голая. Она взбиралась выше, перепрыгивала с ветки на ветку, ползала на четвереньках по узкому карнизу, взмахивала пурпурными волосами и слизывала мелкие капли с цветочных лепестков. За ней, едва перебирая руками и тяжело пыхтя, старался поспеть крупный рыжий мужчина. Его накидка распахнулась, но это мало беспокоило преследователя. Даже не знаю, что его интересовало больше — сказочная фея или цветы, блестящие в красном свете крупными белёсыми каплями.
По навесу забарабанил дождь, и он словно бы задал ритм играющим музыкантам. Красный, густой, напоённый сладковатым дымом воздух прорезала яркая вспышка молнии, от которой я на пару секунд ослепла. А когда открыла глаза — увидела перед собой парня, изящного, со впалой грудью и блестящей от масел кожей. Он держал в руках кисть и палитру, и мне вдруг показалось, что это и есть Монро Тьёлди, рисующий этот безумный Остров Вздохов. Парень протянул мне руку. Я даже не успела обдумать предложение — вбитые Лаптолиной рефлексы сработали быстрее, и я привычным жестом подала ладонь. Мягкие, ласковые пальцы слегка сжали мои, а в следующий миг я вздрогнула, когда парень вместо поцелуя ловко перевернул ладонь, и по запястью поползла влажная кисточка, выписывая круги и спирали.
— Щекотно, — хохотнула я и тут же выдернула руку.
Парень не обиделся. Он только обогнул нас и пошёл дальше. На запястье остался подсыхающий белый рисунок цветочного бутона. Он пах… шоколадом. Но это был точно не шоколад, потому что краска нагрелась, как артефакт, и на секунду кожа вспыхнула огнём, но тут же успокоилась. Я снова понюхала странный рисунок, улавливая в аромате нотки горечи.
Из красного дыма тут же вынырнула девушка, одежду которой заменяли те самые узоры из жгучей краски. Один из гостей в алой накидке привлёк её к себе и что-то шепнул на ухо. Из-под капюшона показалась аккуратно постриженная борода. Я мучительно сглотнула, наблюдая, как властно и грубо незнакомец впился в губы обнажённой девушки, как вжал её в своё тело и обхватил ладонями. Между мужскими пальцами чернели кровавые мутации Толмунда. Из моей головы выветрились все мысли, только кровь стучала в висках ритмом барабана.
— О боги, — бездумно прошептала я. — О-о-о боги.
