Я крепче сжала кисть. Мои руки, некогда разгребающие стылую землю в Кроунице, превратились в холёные ладони благородной леди. Эсли смягчила мозоли от тетивы, отполировала ногти до блеска гладких леденцов и ежедневно втирала в пальцы ароматное масло. Только вот не смогла вложить в них таланта: рисунки выходили едва ли лучше детских художеств сироток из приюта “Анна Верте”. Попытки изобразить натюрморт я бросила ещё три холста назад, и теперь решила нарисовать по памяти пейзаж. Любимый пейзаж ментора…
— Интересно, — подала голос Приин, — Зачем госпожу Првленскую и Талицию так спешно вызвали в гостиную? И почему нам приказали оставаться здесь?
— Может, прибыл кто-то из княжеской Веллапольской четы? Или посол, — предположила Зидани. — Талиция давно боится, что её отзовут домой. Пока в Квертинде не назначена коронация нового правителя, ей бессмысленно оставаться здесь…
— Мне не хочется расставаться с Талицией, — Финетта приложила мокрые ладони к щекам. — Она такая чудесная… Настоящая княжна не только по крови, но и по складу характера. Идеальная королева. Не представляю, кто сможет её заменить.
— Говорят, она гостья самой бледной прорицательницы, — вставила Хломана. — Служанки шептались, что Талиция попала в академию по настоянию Великого Консула… Она лично просила Лаптолину, и та не смогла отказать.
— Даже если это правда, вряд ли их дружба — достойный повод оставаться в Квертинде, — Приин взяла кончик кисточки в рот и прищурилась, оглядывая своё творение. Капли топазов в её серёжках кокетливо сверкнули. — Вести переписку они могут и находясь по разные стороны от границы. Как бы нам не хотелось удержать сестру, Талиции пора возвращаться домой.
Сестра Томсон хотела что-то возразить, но вдруг резко вскочила и вместе с порывом ветра понеслась к своему мольберту.
Послышался скрип ступенек — кто-то поднимался к нам в галерею по винтовой лестнице. Мы все застыли в ожидании загадочной фигуры, пытаясь предугадать, кто появится в дверном проёме.
— Прошу прощения за задержку, — влетела в оранжерею Лаптолина. Бархатные туфельки на золотистых каблуках торопливо зацокали по дереву. — Некоторые господа не могут ждать. Итак…
Суетливая, раскрасневшаяся, она позволила себе отдышаться несколько секунд. Служанка поднесла ей стакан освежающего напитка на подносе и присела в глубоком реверансе, не пролив ни капли. Госпожа Првленская сделала глоток и быстро натянула доброжелательную улыбку. Дважды хлопнула в ладоши, привлекая внимание.
— Продолжим занятие, — выдохнула женщина и торопливо заговорила: — Соблазнение подобно живописи. Оно имеет множество граней. В зависимости от творца, оно может быть изысканным, утончённым или же грубым, бездарным. Провокация мужской страсти — тема очень щепетильная и острая, требующая соблюдения строгих правил и точной выверенности каждого движения.
— Простите, госпожа Првленская, — осмелилась перебить Матриция. — Но разве Талиция не присоединится к занятию? Вы сами говорили о важности сегодняшней темы.
— Княжна Веллапольская отлучилась из замка и в ближайшее время будет отсутствовать, — отчеканила Првленская.
— Она вернётся? — спросила Финетта.
— Ну конечно, — Лаптолина поправила выбившиеся из причёски пряди отточенным жестом. — Она просто отправилась на прогулку. Чудесный день, не так ли?
Женщина с удовольствием втянула пахнущий свежестью воздух. Осеннее солнце бликовало на стёклах, блестело в капельках воды на недавно политых растениях в кадках, отражалось в фонтане. Фруктовые деревца, пальмы, можжевельники и декоративные орешники — оранжерея Мелироанской академии вовсю зеленела, невзирая на скорую зиму. А от яркости гладиолусов и настурций рябило в глазах. Снизу доносилась едва слышная симфония: должно быть, госпожа Сафо с оркестром создавали мелодию для праздника Династии. В Баторе к этому великому дню начинали готовиться заранее.
— О, день просто превосходный, — охотно подтвердила Зидани Мозьен. Муслиновое платье в бледную розовую полоску подсвечивалось белым тиалем, и это роднило светловолосую целительницу с самой Девейной. — Уверена, что все мы охотно бы присоединились к сестре Талиции на прогулке.
— Быть может, перенесём мольберты в Сад Грёз? — несмело предложила Матриция.
— Нет, — отрезала Лаптолина.
Сёстры прикусили языки, но заинтересованно переглядывались в ожидании продолжения. Я бы не удивилась, если бы его не последовало, но Лаптолина пребывала в удивительно хорошем настроении. Выдержав паузу, она рассмеялась и всё-таки рассказала нам правду.
— Она на свидании, — торжественно сообщила Првленская, и сёстры ахнули. — Сам консул лин де Блайт предложил ей показать окрестности Ирба.
— Но до Ирба же день пути… — начало, было, Приин, но закончить не успела — раздался оглушительный звон.
У моих ног растекалась грязноватая лужица с краской. Стакан разбился, окатив всё вокруг — мольберт, душистый лавр в горшке, раскиданные по полу подушки и Арму, метнувшуюся ко мне стрелой. Я не пострадала, но почему-то оказалась на ногах с переломанной пополам кисточкой.
