— Нет. Я знаю это сам. Поток идет против часовой стрелки. Воздушный источник оттягивает в свою сторону часть силы и не даёт ей вращаться в нужном направлении.
— Тогда чего ты хочешь от меня? — поднял брови его брат.
Рука магистра сжала ее плечо.
— Помоги ей, как когда-то помог мне. Разверни поток Пламени.
Хаэтеллио, казалось, не поверил своим ушам. Несколько долгих тягостных мгновений он молчал. А затем медленно покачал головой.
— Она не переживет этого.
— Ее источник связан с моим. Все получится.
Голос магистра Лина не дрогнул. Однако второй эльф снова мотнул головой:
— Нет.
Райга сжала пальцами виски. Происходящее не укладывалось у нее в голове. Все ее страхи оживали на глазах. Все мысли, которые она тщательно отгоняла. Голос магистра Лина вернул ее к реальности.
— Если ты не поможешь ей, она умрет.
Эльфийский принц удивлённо взглянул на брата, а потом внезапно шагнул к ней. Тонкий палец коснулся лба Райги. Затем эльф резко отшатнулся и воскликнул:
— Ты… Ты обезумел, Линде?! Ты что, дал ей вторую порцию снадобья?!
— Это был единственный способ удержать поток в стабильном состоянии до этого момента, — ледяной голос наставника резко контрастировал с тем, что творилось у него внутри. Огненный смерчь за ее спиной бешено вращался, вызывая приступы почти физической боли.
Хаэтеллио тяжело рухнул в кресло и обреченно спросил:
— Когда?
— Месяц назад.
Губы эльфа скривились в ядовитой усмешке.
— Ты в своем репертуаре, брат. Не оставил выбора ни мне, ни ей, ни себе? И, судя по ее лицу, ты не сказал ей, чем это чревато.
— И чем? — спросила Райга, с трудом разлепив губы.
Голубые глаза смотрели на нее, не отрываясь. И голос его звучал серьезней некуда.
— Ты умрешь, девочка. Если в ближайшие несколько дней не сформировать стабильный поток твоего источника, ты просто умрёшь. Когда начнется откат от снадобья. И тебе не смогут помочь ни связь со стабильным вихревым источником, и никакие лекарства мира.
Отчего-то Райга поверила ему сразу. На ее голову легла рука наставника. Наверное, он собирался использовать свою магию, чтобы помочь ей. Но девушка мотнула головой, сбрасывая его руку. Он вздохнул и сказал:
— Хаэтеллио, ты пугаешь ее. Ты можешь развернуть источник. Как сделал это для меня.
— А что, если нет? — холодно ответил ему брат. — Считаешь, что мне ты тоже не оставил выхода? Что я пожалею ее и сделаю это? Нет. Я не лезу в дела людей. На меня можешь не рассчитывать.
Взгляд эльфа стал холодным и отстраненным. Райга молча смотрела на него. Все происходящее казалось нереальным. Как будто она попала в какой-то страшный сон. Он не поможет ей и тогда… она умрет?
Райга смотрела в холодные голубые глаза эльфийского принца и читала в них свой приговор. Ее левая рука вспыхнула до локтя. Заклинание водной магии упало сверху, и она зашипела от боли. Магистр Лин встал напротив своего брата.
— Если она умрет, некому будет защитить людей от Изначального, — сказал он.
— Это проблемы людей, Линдереллио, — устало ответил тот. — У нас достаточно Пламенных. Мерцающего леса это не коснется. Ты слишком много времени проводишь среди них. Мне жаль девочку. Но взламывать ей источник было глупо.
Аметистовый взгляд сверлил его.
— Глупо — смириться с тем, что она умрет на поединке с превосходящим о силе магом, Хаэтеллио…
Но он только спрятал руки в рукава светло-серого атласного хьяллэ и оборвал её наставника:
— Не нужно уговаривать меня. Ты не сможешь найти разумных доводов, чтобы я тебе помог. Я возвращаюсь в Мерцающий лес.
С этими словами он поднялся на ноги. Однако, магистр Лин преградил ему путь и смерил ледяным взглядом. А затем тихо выговорил всего одно слово:
— Ллавенуринель.
Эльфийский принц дернулся, как от удара, и поднял на него взгляд. Голубые глаза впились в его лицо. Он медленно сказал:
— Значит, слухи правдивы. Но он изгнан из рода и больше не является частью нашей семьи. Ллавенуринель фуу Акаттон Флау умер для нас.
«Ллавенуринель… Они имеют ввиду Ллавена?» — подумала Райга. За последние полчаса на нее свалилось столько всего, что удивляться уже не было сил. Она переводила взгляд с одного эльфа на другого. Они стояли друг напротив друга, одновременно такие похожие и не похожие. Магистр Лин спрятал руки в рукава хьяллэ тем же изящным жестом, каким минуту назад это сделал его брат, и насмешливо произнес:
— Умер для рода? Да. Вот только твой сын продолжает жить. Последняя память о твоей прекрасной Ллиореллиэль. Он ведь даже сейчас ее копия. И не только внешне. Добрый и отзывчивый мальчик, который преданно заботится о каждом из своих друзей. За эти качества мы любили и уважали ее. И терпели вашего сына до последнего, несмотря на его выходки. Он больше не часть твоего рода? Верно. Он в моем отряде. В моей власти…
С каждым словом наставника краски сбегали с лица Хаэтеллио.
— И он под твоей защитой, — нетвердо напомнил он. — Ты дал клятву, и ее принял Хаассолирен. Ты не рискнешь ее нарушить, как бы ты не относился к нему…
Магистр Лин усмехнулся и кивнул в сторону Райги:
