— Вот я и думаю, — меж тем продолжал Жок, — неспроста Сулька первой из девок стыд откинула и в штаны мужские вделась, а потом еще и на глаза Седжо верхом на кобыле нашей сунулась. Слухи-то давно шли, что один из рекрутов возможно девушкой будет. Сестра точно все продумала. Ее к княжне валеткой взяли, а значит и на турнир — ей госпожу сопровождать. Вот в городе-то она и останется — сюда не вернется, а там школу какую подходящую найдет.
— А у меня в постели она на учебу, значит, зарабатывала… — продолжил я мыслю.
— Ну — да, за все ж денюшку платить надо, — не заметил моего сарказма валет, — вот думаю, а не остаться ли там и мне? Я ж не только на трещотках играть умею… в прошлый-то раз они мне по жребию выпали просто, — пояснил он мне, хотя я и не уточнял, — примкну к какой-нибудь труппе…
— Так, ты мне это брось, — прервал я его рассуждения, — на счет тебя придумаем что-нибудь, чтоб не пришлось ни по дорогам дальним шляться, ни в кузне вкалывать, раз к такому не пригоден. Найдем тебе свое место в жизни, но без экстрима.
— Чего? А, ладно, понял в общем-то… спасибо господин, — Жок вскочил и поклонился мне в пояс.
— Прекрати, — дернул я его, возвращая на место — на диван рядом.
— А, может, еще и Сули поможете… — тихонечко выдал он, преданно заглядывая мне в глаза.
Угу, дайте водички попить, а то кушать очень хочется и спать негде…
Но вот княжна вспомнилась. Притом вспомнилась вполне себе в приличном виде — в простыню замотанная, когда говорила мне, что показала что-то там своей камеристке, как братца лечить. Надо будет обсудить с Дженой, может и правда возьмет способную девушку на постоянную работу к себе.
— Ладно, попробую что-нибудь и для нее придумать, — кивнул я под эти мысли согласно.
Тут же с собственной доброты прифигел конечно, но слово уже сказал и даже восторженный взгляд от валета получил, а потому на попятную пойти все равно не вышло бы.
— Так, слушай, я ж теперь твоей сестрице должен вроде как подарок сделать, — не хорошо разочаровывать девушку… хоть и не просил ее, и сама она, и все далеко не идеально было… но я ж не козлина какая-нибудь совсем, а она старалась, как могла, — но у меня денег-то местных нет. Что ей еще подарить можно?
С дедовой-то ювелиркой я прощаться пока передумал — было у меня теперь подозрения, что не простая она, а такое проверки требовало.
— Дык это… — замялся парень, — там-то, в столе, кошели полные есть, думаю в них деньги…
Так, пора бы уже самому разок пошарить попредметней по покоям, чтоб больше такой ситуации не возникало…
— Пошли, поглядим, — Жоку я кивнул, тем не менее, доброжелательно, парень-то не виноват, что я лох и лентяй, он-то свои обязанности выполняет.
В одном из многочисленных ящиком стола, своим количеством подтвердивших насколько я лох и лентяй, действительно обнаружились три замшевых мешка с вышитыми на них какими-то гербами. И каждый кошель размером с два моих кулака.
— Там деньги думаешь? — спросил я парня.
Тот кивнул.
— А сам что, не глядел даже?
— Я что, совсем дурак что ли, в кошель сильного магика лезть?! — возмутился парень на мое предположение. — Шибанет так, что пальцы на месяц откажут! Чё я потом делать буду? Ни вам услужить, ни на инструменте сыграть, ни бате в кузне помочь… не, мне такого не надо!
— А меня случаем не шибанет?
— Не должно — вы ж одной крови с вашим родственником, который их тут оставил. Герб-то на кошелях ваш!
А у нас еще и ге-ерб есть?!
Но, опять же, это вопрос не к парню, и я аккуратно подступился к одному из мешочков. В нем оказались монеты белого металла и разного размера.
— Серебро, — подсказал Жок.
В других ожидаемо нашлись золото и медь.
— Сколько тут навскидку? — спросил я его.
— Мно-ого… — придыхнул валет, — я, поди, больше никогда столько и не увижу.
В общем, рассвет я встречал с подачи парня постигая местную систему ценностей в ее монетезированном изложении, для примера еще и прикидывая стоимость всего, на что глаз падал.
Разобрав все в столбики и по номиналу, а потом, пересчитав, понял, что на имеющееся я вполне могу себе пару замков с прилегающим хозяйством прикупить. И значит, это, скорее всего, дедовы запасы местной валюты вообще, а не оставленное мне на расходы в столице, как я было подумал сначала.
Но, тем не менее, тратить начал с ходу. Один целый серебренник вручил Жоку — за труды, хотя он и отнекивался почти испуганно, говоря, что столько зарабатывает отец, когда вывозит на ярмарку в соседний город товар пары месяцев работы. И то, если распродастся подчистую.
Для Сули же я и вовсе прибрал в карман восьмушку золота, которая хоть и была самой мелкой из того кошеля, но стоила аж шестнадцати монет, врученных парню.
Откуда такая щедрость? Вот и сам я удивлялся себе, когда ныкал деньгу в карман втихаря… от Жока, понятно, а то б того, боюсь, и вовсе удар хватил, несмотря на юные годы.
